— Сейчас где-то половина первого ночи. Все спят. Едва заведем движок и дай бог, успеем выехать, сразу же сбегутся все, кому не лень. Если будет жарко, придется отстреливаться из всего, что есть. Нужно закидать в кузов те мешки! — я указал на кучу баулов, в которых было что-то плотное. Сомневаюсь, что внутри песок, скорее всего, просто сухая земля. — Давай-ка прямо сейчас этим и займемся, только тихо!
Тот возражать, конечно же, не стал — идея была толковой. Все, кто будут в кузове, по сути, будут совершенно беззащитны.
Вместе с ним мы выбросили из кузова часть бесполезной соломы и глины. На кой-черт она сдалась этим чебурекам⁈ Закидали десяток мешков, сложили так, чтобы не высыпались.
— Забирайся в кабину! — сказал я. — Попробуй хоть чуть-чуть прогреть. Как с кишлака выедем, тогда уж можно. Понял?
— Конечно.
— Потом тебя Смирнов сменит, он у нас водитель от рождения.
— Ага, как скажешь. Я больше механик, чем водитель. На Т-62 половину силовой установки могу с закрытыми глазами перебрать. Ну что, с богом⁈
— Мы русские! С нами Бог! — выпалил я. Правда, в Союзе так не говорили, но Андрюхе понравилось — сколько силы в этих словах.
Тихо раскрыли хлипкие ворота, впереди был прямой, но очень короткий участок дороги. Буквально через десяток метров он заканчивался поворотом налево. Дорога только одна, не ошибешься.
Андрей несколько минут колупался под рулем, что-то там скручивая, потом выскочил из кабины, отрыл боковую крышку, влез туда, пощелкал чем-то — наверное, насос прокачивал. Вернулся в кабину. А я остался в кузове, вооружившись Калашниковым.
Движок ЗиЛ-164 в ночной тишине загрохотал так, что наверняка даже глухой услышал. Я от досады аж скривился. Ну все, сейчас начнется…
Секунд сорок Андрей выжидал. А когда в воротах показался какой-то душман — скорее всего, тот самый ишак, что был владельцем сего агрегата. Что-то закричав, тот принялся махать руками, бегая туда-сюда перед машиной. Оружия у него не было.
Ну, оно и понятно, ведь в кишлаках живут не только боевики, там крестьяне, из которых большая часть это торговцы, строители. Еще женщины, старики и дети.
— Да иди ты в пень! — крикнул Андрей и выжал педаль газа.
Грузовики тронулся с места, фары включать не стали — неудобно, конечно, но так безопаснее. Конечно, был риск налететь на стену или в какую-нибудь канаву… Душман попытался открыть дверь, но я навел на него ствол и тот, заметив меня, сразу же отвалил. Унесся куда-то в дом, я лишь проводил его взглядом.
Андрей повел машину вперед, пока на пути было чисто.
Свернули налево, прямо. Я держался за борта, держа автомат наготове. В принципе ничего феноменального не происходило — мало ли куда ЗиЛ поехал? Его тут наверняка все знали. Время, правда, неподходящее, ну да ничего…