Замок сломали прикладом — три удара и тот сам отвалился. Тихо бить прикладом, это конечно, нужно уметь, да…
Пленники внизу сразу же воодушевились. Пришлось трижды напомнить им, чтобы вели себя максимально тихо. А ну сейчас кто-то услышит⁈
Их было трое.
Когда солдаты выбрались наружу, среди них я с трудом узнал ефрейтора Кириллова, который ранее пропал вместе с нашим старшиной во время операции с упавшими вертушками. Тот выглядел плохо — сильно похудел, был весь в синяках. Но меня он узнал, отчего даже опешил.
— Громов?
— Ага, все вопросы потом.
Некогда было это обсуждать. Для разговоров потом будет время, главное выбраться из кишлака и вывести остальных, а потом вернуться за машиной. Правда, как теперь восемь человек уместить в одном пикапе, задачка весьма интересная…
— Кто знает, где тут можно найти машину на ходу⁈ — спросил я, когда мы вернули решетку на место, а сами отошли к проулку, где мы с Самариным изначально планировали ликвидацию надзирателей.
— Я знаю! — вызвался один, в остатках «афганки», поверх которой была накинута рваная шерстяная жилетка. — Могу показать. Я там колесо чинил.
— Что за машина?
— ГАЗ-51, только старый очень.
— Это хорошо! Грузовик то, что нам нужно!
— Женя, веди их к нашим, а я за машиной! — произнес я. — Нечего тут всей толпой шастать. Нам и так невероятно везет, но скоро у Фортуны закончится терпение…
На колесах
Машину мы нашли быстро.
Правда, это оказалось детище завода имени Лихачева, а вовсе не Горьковского автомобильного. На нас смотрел темный нос двухосного ЗиЛ-164, только сильно побитый и исцарапанный. Несколько досок в бортах кузова отсутствовали, а внутри накидана солома, куски глины. Борта, да и сама кабина, местами расписаны надписями на местном языке — все они для несведущего человека выглядели одинаково, будто иероглифы.
Откуда здесь взялся этот грузовик, можно было только догадываться. Скорее всего, еще в семидесятых годах СССР продал партию таких Ирану или Пакистану, а оттуда они и попали сюда, хотя возможны и другие варианты.
Эта «рабочая лошадка» быстро нашла свое применение сначала в хозяйственных работах, а потом и в военных целях по перевозке всего и вся, включая людей. Пожалуй, еще большее количество таких машин можно было встретить лишь в ГДР.
— А она на ходу? — тихо, с сомнением в голосе, спросил я, глядя на транспорт.
— На ходу. Я сам два дня назад колесо менял! — с уверенностью отозвался боец, что ранее сидел в зиндане вместе с Кирилловым. Его Андрюхой звали. — На машине какой-то ишак ездил, совсем технику не бережет. Ее же обслуживать надо, а у него из инструментов только топор, да лопата.