— Хоть бы нас дождался, — буркнул брат. — Вместе бы поели.
— Где тут есть-то втроём? — удивился я. — Ты вообще-то всегда у себя хомячишь. То печенюшки, то булочки.
— Чё гонишь⁈ — возмутился брат.
— Да у тебя постоянно крошки на майке.
Мать с интересом посмотрела сначала на него, потом на меня, и молча недовольно покрутила головой.
— Ты, брат, что-то больно резкий стал, — начал Сашка.
— Ага. Ты уже вчера говорил. Как вода в унитазе…
Брат развёл руки и вышел из кухни.
— Что-то ты и впрямь разошёлся, Женя.
— А что он меня принцессой назвал⁈ Нормальный пацан ему бы за такое лицо разбил. Или чего хуже. Пусть извинится и перестанет дразнить. Надоело.
Мать посмотрела на меня, налила себе в миску картошки и села за стол.
— Я поговорю с ним. Как картошка?
Я показал большой палец на левой руке. Правая работала ложкой, как карьерный конвейер.
— Ну и хорошо. Ешь аккуратнее, не обжигайся. Не хватало ещё чего.
— Чего? — удивился я.
— Да, чего угодно. Невезучий ты у меня.
Во, как оно, оказывается! Не везучий я! В смысле — Женька! А теперь уже и я? Да-а-а…
Эту ночь сытый я спал неплохо. Спланировав завтрашний день, я перестал ворочаться, уснул и проспал до первых лучей солнца, касающегося моего лица часов с девяти. Тяжёлых штор в зале не было, а надо было бы повесить. Сторона-то окон южная. Как телевизор-то смотреть будем?
Хотя, я вспомнил, что сейчас телепрограммы начинаются вечером, а вечером солнце пряталось за сопку справа. Про телевизор матери я не напоминал, да и она не касалась этой темы. Мультики я бегал смотреть к Мишке. Он жил, как и я, на втором этаже, Валерка на пятом, а у Славки была многодетная семья.
В четырёхкомнатной квартире они жили вдесятером. Славкина мать была матерью героиней. Иих семье одеждой помогал весь дом. Кроме старших сестёр у Славки были младшая сестра Татьяна — моя ровесница — и братья. Им даже мы одежду отдавали. А они и не отказывались.
Поэтому я ходил смотреть мультики к Мишке. Женька ходил. Меня мультики не интересовали, зато заинтересовал Мишкин отец. Он у него работал то ли радистом на пароходе, то ли радиомехаником. Я пока так и не понял, где и кем он работал, но в Мишкиной комнате на столе стояла настоящая радиостанция: телеграфный ключ, передатчик и приёмник. Женьку он особо не заинтересовал, а вот меня так очень. И не столько радиостанция меня привлекла, как куча радиодеталей, лежащих там же на столе.
Красть я ничего не собирался, а собирался подружиться с Мишкиным отцом, ибо в области радиотехнике имел грандиозные планы. Планы пока роились в голове, но были готовы перетечь на бумагу. Думаю, тетрадки в двенадцать листов мне должно хватить. Хотя лучше было бы сразу начать излагать свои мысли в тетрадь листов на сорок восемь. Если излагать с подробностями и описаниями проектов.