— Мы пойдём в баню⁈ — усталость на её лице сменилась надеждой и радостью.
— Да. И в баню, и на рынок. Купим нам одежду и побольше продуктов. Смотри, — парень пересыпал ей в ладони горку медяков.
Мичико тут же принялась пересчитывать деньги. В её глазах плескался восторг, словно она считала не медяки, а пересчитывала миллионный выигрыш в лотерею.
— Три серебряных! — улыбка украсила её лицо. — Наконец, мы купим муку, крупы и мясо, а я смогу искупаться. Джон-сама, ты лучший!
Девушка бросилась ему на шею и принялась целовать в щёки.
— Ну-ну, — с неохотой отстранил он от себя японку. — Все радости жизни завтра после бани. Я слишком устал за эту неделю и воняю как плешивый нунгу.
Воскресенье для парочки землян выдалось самым чудесным днём в новом мире. Они купили новую одежду, пусть и самую дешёвую из мешковины, но чистую и по местной моде. Затем искупались в общественной бане.
В каждом районе в шаговой доступности имелась своя баня. В воскресенье там был большой наплыв народа, и приходилось тесниться. Банный комплекс делился на женскую и мужскую половины. Все ходили там обнажёнными. Внутри можно было встретить представителей всех видов, поскольку мыться ходили все, за исключением самых нищих.
После бани в новой чистой одежде земляне пошли на рынок и набрали пару мешков и корзину еды. Естественно, тяжести таскал парень. Но рук ему не хватало, поэтому корзину пришлось нести девушке.
Вечером после ужина их ожидала жаркая ночка. Они с трепетом и с полной отдачей наслаждались друг другом.
В понедельник для Джона снова началась рабочая неделя. Маркус с нескрываемым изумлением встретил его на пороге кузницы.
— Ты пришёл…
— А не должен был? — замер Джон.
— Я не ожидал твоего возвращения, — кузнец оценил его новый прикид в виде дешёвых серых штанов и пончо. — Вижу, ты и одежду рабочую прикупил… Если честно, я каждому новому подмастерью устраиваю подобную проверку — нагружаю сверх меры. Обычно сбегают в первый же день. Реже через неделю после получения платы. Ты второй, кто прошёл проверку.
— А кто был первым?
— Да был один паренёк, — с теплотой сощурился гигант. — Он пять лет у меня отработал, перенял все тайны кузнечного ремесла, накопил денег и открыл свою кузницу. Теперь мы с ним поддерживаем дружеские отношения. Если останешься, то и тебя ожидает та же участь, но такова жизнь. Я не собираюсь, как некоторые коллеги, скрывать от подмастерьев секреты мастерства, чтобы продержать их у себя подольше.
— Если проверка продолжится, то я пять лет не продержусь, Маркус. От меня жена налево начнёт бегать, потому что по вечерам не остаётся на неё сил.