— Обязательно вернись, Рат. Второй раз ни Боря, ни Рада потерю сына не переживут, да и мне очень хочется познакомить тебя с братом.
— Каким братом? — не понял я. — Откуда родственник взялся?
— С твоим, дубинушка! Мальчик у меня будет!
— Ого!
— Вот тебе и «ого»! — довольно пробасил отец. — У Тулиных всегда пацаны рождались, так что блюдём традиции! Мы не какие-то там Луганские, где девки через раз на свет вылезают!
— А я бы хотела дочку, — задумчиво произнесла старшая жена. — Вроде мой черёд рожать наступит после Иляны. Система отработана, так, может, стоит ещё раз ею воспользоваться? Не побоишься, Боренька, стать многодетным отцом?
— Родит Илянка, там и посмотрим, — обтекаемо ответил князь. — Нужно дитё на руках подержать, хотя уже сейчас понимаю, что нет неприятия «искусственного» младенца. Пусть ещё в утробе прячется, но уже разговариваю с ним, как с сынишкой.
— И песни поёт! — счастливо улыбаясь, выдала княжеский секрет Иляна.
— Мне матушка их пела в детстве. Сколько всего за жизнь переслушал, а они до сих пор самыми лучшими кажутся… Ладно! Хватит тут сопли распускать! Давай, Ратибор Тулин! В добрый путь! Наставления давать не буду: тебя ими только портить! Уверен, что не подведёшь!
— Вождь! — отвлёк меня от воспоминаний Эдмонд Леду. — Личный состав уже в самолётах. Ждём только тебя.
— Отлично!
Быстро поднялся по трапу и осмотрел присутствующих. В командном отсеке расположились: Злата, Москай Озёрский и немного поодаль от них группа телохранителей, выделенная Родами. Луганских я не знал в лицо, а вот родные физиономии Адама и Гната ни с кем не перепутаю. Но удивило не их присутствие, а женщины с тёмной повязкой на глазу.
— Вика⁈ Гладкова⁈ Не ожидал! И что тут делает славная витязь кремлёвской охранки?
— Еду с мужем на передовую.
— С мужем?
— Мы вчера перед богами с Адамом клятвы произнесли. Князь в курсе — лично разрешение дал в Род Тулиных ввести и в прошлый Род зачётный откуп отправил.
— Поздравляю, конечно. Но можно было и по-людски: со свадьбой и нас напоить. Чего поторопились?
— Адам не на прогулку едет. На Немане может всякое случиться, — стала объяснять Виктория. — Мне спокойней рядом с ним, чем в столице дожидаться. Да и не заладилось у меня в Кремлёвской Охране. Воевода Николаш быстро в систему вписался, а я как дурой-солдафонкой была, так дурой и осталась. Не получается наглые чиновничьи носики вытирать — только расквашивать. Уже два строгих выговора схлопотала. После третьего обычно понижают в должности и переводят на бумажную работу, от греха подальше. А он был бы точно! Так что, считай, постыдно спряталась за Адамушкину спину. И свадьбы мне не надо: одноглазая тётка в наряде невесты больше смерть напоминает, чем счастье всей женишковой жизни.