Она с изумлением разглядывала свои руки, ощупывала лицо, плечи, грудь, словно видела собственное тело впервые.
— Ты… ты… ты… — наконец выдавила девушка, указывая на меня дрожащим пальцем. — Уб-б-б-б…
— Тише, красавица, — опустил руку с залараком, который материализовался в моей ладони рефлекторно.
— Ты… ты… ты… — повторяла она, комично растягивая губы, пытаясь сформировать слова.
Похоже, разговор не был её сильной стороной. Впрочем, я оставался настороже. Заларак готов, кинжалы тоже. Что это за существо? Может, ещё один перевёртыш, которого прислала их мать? Или новая ловушка?
Вдруг водяной медведь издал радостный рык и бросился к девушке.
— Ам, фу! — крикнул я, готовясь броситься между ними.
Но монстр не нападал. Он начал тереться о голую девушку своей чешуйчатой мордой, как домашний кот, выпрашивающий ласку. Его хвост взволнованно раскачивался из стороны в сторону.
— Тё-тя… Тё-тя… — радостно приговаривал Ам, тыкаясь в обнажённое плечо девушки.
Я замер, рассматривая черноглазую незнакомку внимательнее. И тут меня осенило:
— Лахтина? — произнёс, не веря собственной догадке.
«Ублюдок Павел! — внезапно прозвучало в моей голове, и голос был до боли знакомым. — Будь ты проклят! Ты монстр, тварь!»
Поток ругательств продолжился, становясь всё изощрённее. Я инстинктивно прикрыл «уши», хотя понимал, что это бессмысленно. Звук шёл изнутри моей головы. А в животе вдруг заворочался маленький хомяк, который просыпался во мне всякий раз, когда происходило что-то абсурдное.
«На хрена мне ещё одна баба? — пронеслось в голове. — Где жуткий монстр? Где смертоносный яд? И что теперь с ней делать?»
Я помассировал виски, пока в сознании продолжали раскатываться проклятия, которыми меня осыпала бывшая королева. Кажется, свой лексикон она обогащала, наблюдая за охотниками, которые не стеснялись в выражениях.
Лахтина, пошатываясь, поднялась на ноги. Её движения были неуклюжими, словно она училась ходить заново. Похоже, координация в новом теле давалась девушке с трудом. Сделав несколько неуверенных шагов, девушка оказалась рядом и начала колотить меня маленькими кулачками в грудь.
Удары не причиняли боли — скорее, щекотали. Это было… забавно. Всесильная королева скорпикозов, гроза серой зоны превратилась в хрупкую девушку, чьи удары напоминали прикосновения крыльев бабочки.
Я приподнял заларак, поместив его перед глазами Лахтины. Не для угрозы, а просто чтобы остановить эту бесполезную атаку.
— Хватит, — произнёс спокойно. — Ты только руки себе повредишь.
Она отшатнулась, глядя на артефакт с ненавистью и страхом. В её чёрных глазах плескалась ярость, но тело, похоже, инстинктивно реагировало на опасность.