Ам остановился, глядя на меня своими человеческими глазами:
— Дав-ле-ние, — произнёс монстр, с трудом выговаривая слова. — Нет дав-ле-ния.
Он был прав. Обычное давление серой зоны, которое ощущалось как постоянная тяжесть на плечах, исчезло. Здесь стало… почти как в лесу. Странно, очень странно.
Мы двинулись к месту, где должна была находиться королева скорпикозов. Ам всё ещё беспокойно принюхивался, выписывая круги вокруг меня.
— Я не чув-ствую за-па-ха тё-ти! — заявил он наконец, задрав морду и втягивая воздух через ноздри. Что? Она сдохла? Кто позволил?
Я ускорил шаг, и вскоре мы оказались на знакомой поляне, но скорпикоза там не было. Чёрт!
— Ищи! — приказал я Аму.
Тот сразу опустил морду к земле, высоко задрав хвост, и начал обнюхивать каждый сантиметр почвы. Мы обошли поляну несколько раз, расширяя радиус поисков, но результата не было.
И вдруг само пространство словно задрожало. Воздух начал колебаться, как от сильной жары, но холод пробирал до костей. Вот это ощущение… Так бывало перед появлением особенно сильных тварей. Только этого сейчас не хватало!
Мы резко повернулись на источник странных колебаний. И тогда я увидел её — королеву. Но какую!
Лахтина стояла посреди поляны, окутанная мерцающим светом. Её массивное тело словно плыло в воздухе. Сегменты панциря пульсировали, испуская то яркое, то тусклое свечение. А затем начался распад.
Сначала отвалились клешни — просто отделились от тела и с глухим стуком упали на траву. Хвост, лишённый жала, последовал за ними. Пластины хитинового панциря отрывались одна за другой, падая, словно осенние листья. И всё это происходило в абсолютной тишине, нарушаемой только треском распадающегося тела.
Но самое обидное — части королевы, едва коснувшись земли, начинали растворяться, исчезать, словно их никогда и не существовало. Никакой пользы с неё не получил, а столько мороки…
— Скорпиоза мне в жёны! — выдохнул я от разочарования.
Свет медленно угасал, оставляя после себя лишь тусклое мерцание. Части тела королевы продолжали растворяться в воздухе, пока не осталось только светящееся облако, висящее над землёй. Я вгляделся в эту странную субстанцию, пытаясь понять, что происходит.
Ам замер рядом, его мускулистое тело напряглось в ожидании. Человеческие глаза на звериной морде выражали недоумение и тревогу. Последняя вспышка ослепила нас на мгновение, и, когда зрение вернулось, я не поверил своим глазам.
Вместо огромного скорпикоза на земле сидела… девушка. Абсолютно голая, лет двадцати на вид, с маленькой, почти крошечной грудью. Длинные вьющиеся тёмные волосы спадали на худые плечи. А чёрные, совершенно чёрные, как бездонные колодцы, глаза часто-часто моргали, будто пытаясь привыкнуть к окружающему миру.