Мы продолжили методично перемещать мой запас магических кристаллов, которые я впитывал один за другим. Каждый камень добавлял энергии источнику, но эффект был не таким сильным, как я ожидал.
Мысленно считал: «Прошёл где-то час, и половину запаса я уже употребил. Внутри — без видимых изменений». Поморщился. Ожидал, что это мне даст хотя бы один ранг, но тело монстра работало несколько иначе.
Незаметно пролетел ещё час. Монстры вокруг начали проявлять признаки беспокойства, хотя большинство всё ещё дремали. Запас магических кристаллов полностью опустошён, оставил лишь несколько для Фираты и Тарима.
И тут я почувствовал это. Источник запульсировал — сначала медленно, потом всё быстрее. Каналы начали растягиваться, расширяться, принимая в себя новые потоки энергии. Магия завихрялась внутри, формируя новые узоры и связи. Монстры тут же проснулись, почуяв изменение магического фона. Гриз уставился на меня, ноздри его раздувались, улавливая неуловимые изменения.
Да! Переход на одиннадцатый ранг! Хомяк предусмотрительно спрятан между пластин на груди. Ядро пульсировало сильнее, наращивая частоту.
Вспышка света, невидимая обычному глазу, но ощутимая для любого магически чувствительного существа. Я открыл глаза и выдохнул, на лице — оскал. Я перешёл… Новая ниша для копирования магии открыта!
От меня отодвинулись все монстры. Запахи страха стали ещё ярче. Теперь ранг, как у Гриза, и это моего нового знакомого начало напрягать. Вон как смотрит — пристально, оценивающе. Готовится к схватке? Не сейчас.
Так, полдела сделано, осталось стать Аватаром магии, и можно идти забирать своё тело. Как именно это сделать — вопрос открытый. Но один ранг уже получен, значит, план работает.
Барьер, который закрывал нашу камеру, открылся с низким гудящим звуком. В проёме появилась фигура скорпикоза — массивная, с бронированным панцирем и опасно изогнутым хвостом над головой.
— Выйти! — сказал монстр, щёлкнув клешнями.
Голос существа скрипел. Те, кто тут подольше, сразу же потянулись к выходу — движения отработанные, механические. Группа монстров, с которой я пришёл, напряглась и начала вжиматься в стены. Страх волнами исходил от них, смешиваясь с затхлым воздухом камеры.
— Идём, — кивнул мне Гриз, вставая на задние лапы. — Время развлечений.
В голосе вожака сквозило странное удовлетворение, он словно ждал этого момента. Бой для него — не наказание, а возможность показать силу.
Я поднялся, чувствуя, как мощные мышцы тела напрягаются, поддерживая огромный вес. Одного из водяных медведей — того слабого, который был у стены, убили, когда он не стал выходить. Скорпикоз просто вонзил жало прямо в голову, без предупреждения или угрозы.