— Кажется, у меня пополнение, — пробормотал, представляя, как выпущу этот рой на врагов.
Мать перевёртышей слабо простонала. Чёрт, совсем забыл про неё! Склонился и достал из пространственного кольца лечилку. Тело Изольды окутывала корка льда, под которой кожа приобрела синеватый оттенок — нездоровый, мертвенный. Я отломил кусок льда у рта, чтобы она могла принять зелье.
— Пей, только не захлебнись, — скомандовал, вливая жидкость в её посиневшие губы.
Теперь встал вопрос о размещении новых подопечных. Нужно придумать для них подходящий дом и загон. В пространственном кольце начал создавать вместительную, но герметичную коробку — четырёхугольное помещение с прозрачными стенками, чтобы наблюдать за ними.
Пространства там много, но должен же быть конец? Всё благодаря улучшению кольца с помощью хренофагов. Вместительность увеличилась, хотя лучше сразу всё компактно размещать.
— Вот тут они у меня будут жить, — пробормотал я, заканчивая формировать загон.
Теперь необходимо создать ещё один вольер — для уже вылупившихся особей. Хотя «вылупившиеся» — не совсем точное определение. Скорее, трансформированные, перерождённые из тех, кто успел насытиться плотью.
На всякий случай сделал этот загон с усиленной защитой. Поставил прочные стенки, похожие на те, что использовал для песчаных змей. Предусмотрел систему шлюзов, чтобы можно было перемещать отдельных особей для экспериментов.
Мои руки засветились мягким серебристым сиянием, когда я активировал перемещение монстров. Сначала они все собрались ко мне, облепив, как пчёлы матку, а затем исчезли — не все сразу, партиями. Источник гудел от напряжения.
До сих пор не понимаю, почему именно так происходит в первый раз. Каждый монстр, которого я подчиняю, сначала должен буквально впитаться в меня, и только потом я могу переместить его в пространственное кольцо. Как будто существует некий ритуал знакомства, первого контакта, после которого связь становится постоянной.
Может, это способ калибровки моей силы? Или печать магии? Или, что ещё… Чем глубже я проникаю в тайны магии подчинения, тем больше вопросов возникает. Нужно будет разобраться, когда вернусь домой.
— А-а-а… — снова простонала мать.
— Иду уже, — ответил я и склонился над ней.
Лечилка не оказала ожидаемого эффекта. Изольда всё ещё выглядела плохо: кожа синюшная, губы потрескавшиеся. Лёд, который окутывал её, начал таять, превращаясь в лужицы вокруг тела. Я положил руки на торс перевёртыша. Выпустил магию подчинения монстров, сразу перенаправив её на тварей внутри Изольды.
Как же затрясло перевёртыша, когда приказал монстрам выбираться наружу! Её тело выгнулось дугой, из горла вырвался хрип. Лёд, которым она была покрыта, я целенаправленно растопил после взятия под контроль всех тварей.