Ульпиан тактично заметил, что почтенный собеседник упускает из виду немаловажный нюанс. В случае критических проблем Вартенслебены всегда могут свалить большую часть вины на военных исполнителей. Дескать, это они устроили полный беспредел, бардак и жестокость в силу неисправимых и врожденных пороков людей низкого происхождения. Откупаться золотом и головами разных якопов и мурьев всяко проще, чем решать вопрос ответственности благородного Кая. Алонсо подумал и неожиданно согласился.
В целом и юрист, и кавалер сходились в том, что на крайнем западе Ойкумены загорается новая звезда блестящего правления и владения. Но с оговоркой, что следующий год у вице-герцогини обещает выдаться невероятно сложным и может прихлопнуть все ее достижения. Ибо реформы реформами, но Флессе предстоит выстоять перед неурожаем, гневом императора и сразу двух королей (притом не факт, что могущественный отец при Дворе сможет защитить наследницу), но главное — обозленными соседями, которые вполне могут ответить на отъявленный грабеж торговой блокадой и похоронить проект богатых ярмарок.
Пока старшее поколение обменивалось новостями и суждениями, у Елены создалось впечатление, что глоссатор и рыцарь катают в головах одну и ту же мысль, как речной поток гальку — не попроситься ли под высокое покровительство? Женщина женщиной, но титул и положение стоят выше пола, так что служить вице-герцогине, да еще умной и удачливой — не зазорно. Особенно в тяжкую пору, когда услуги и верность ценятся высоко и стоят особенно дорого.
Елена слушала, мотала на ус и сдержанно, тихонько радовалась за бывшую подругу. Отношение к благородной любовнице оставалось противоречивым, неоднозначным , да и от слухов о том, как Флесса устанавливала свою власть и терроризировала соседей, волосы приподнимали шапку. Однако… Елена помнила, что, несмотря на все самодурство и жестокость, Флесса была одним из немногих людей, которые отнеслись к девушке с Земли по-доброму. И, сложись все чуть по-иному, сейчас Люнна — фрейлина и ловари — непосредственно участвовала бы в свирепых разборках за власть и землю. На вполне определенной стороне.
Мысли то и дело возвращались к образу синеглазой брюнетки, которая ненавидела платья, предпочитала в одежде мужской костюм с высокими сапогами и воротниками, а в постели… Елена попробовала подышать медленно и размеренно — не помогло, во многом из-за лошади. Женщина не привыкла к верховой езде, так что легкая и непрерывная тряска в седле сбивала концентрацию, мешала сосредоточиться. Как по заказу небольшую процессию обогнала группа дам в сопровождении пары скучных сержантов, судя по всему — личный «гарем» одного или нескольких дворян, весело прожигающий жизнь, пока патрон (или патроны) заняты настоящими мужскими делами.