— Я не ошибаюсь, Элина Юрьевна. Никогда.
Он обвел присутствующих взглядом.
— Надеюсь, я достаточно ясно выразился, чтобы все сделали необходимые выводы. И передали мои слова своим заказчикам. Антон! Проводи Элину Юрьевну к машине. Григорий Борисович, созвонитесь с моим заместителем в конце следующей недели. Думаю, что к тому моменту для завершения сделки у нас уже будет всё готово.
В машине сидели молча. Оба на заднем сиденье. Лина вытащила из сумки пачку сигарет и закурила. Он посмотрел пристально. Ее лицо нисколько не изменилось. Казалось, эта женщина только похорошела. Никому бы и в голову не пришло дать ей сорок лет. Плечи — немного угловатые, грудь — высокая, но маленькая, длинные худые ноги с выраженными икрами. И выпирающие вены на шее и руках — в ее теле почти не было подкожной клетчатки. Лина так и осталась сухой, как спортсменка высоких достижений. Сергей отвернулся.
Он вспомнил их первую и последнюю встречу, те выходные за городом. С ним тогда впервые поехала Оля, ставшая на какое-то время его лекарством от печали. Страшно подумать, прошло тринадцать лет! А он помнит всё, как будто это было два-три года назад.
Конечно, четкости линий нет, но детали настроения запомнились. Единственная женщина, которую он хотел настолько, что не преминул заставить своего зама подвинуться. А тот, кстати, не так-то сильно и расстроился, ведь женщины в целом никогда особо его не интересовали. В картине мира этого человека — они больше элемент декора. Хотя…
Неприятно было, без сомнений. Кому же понравится, когда добычу, которой еще не успел насладиться сам, хочет забрать старший по званию? Но так устроена жизнь. Побеждает сильнейший.
Они доехали быстро. Пробок почти не было, будто полгорода выехало зарубеж. Так лучше. Дышится свободнее.
Завьялов обошел машину, открыл дверь и подал ей руку. Лина замерла взглядом, помедлила, но вышла сама. Встала напротив.
— И куда же ты меня привез?
Сергей слегка ухмыльнулся.
— В твой новый дом.
— У меня есть свой.
Он покачал головой:
— Нет. Они его заберут. И ты ничего с этим не сделаешь. Предлагаю пока пожить меня. Я всё равно дома почти не бываю, комнаты стоят пустые.
— Ты не понял. Я не собираюсь жить с тобой. И спать с тобой тоже не собираюсь. Не из признательности, не от отчаяния, не по велению души. Ты мне не нравишься.
— Я и не должен тебе нравиться. Вполне достаточно того, что ты нравишься мне.
Она усмехнулась.
— Какой ты самоуверенный!
— Да, я уверен в себе. Именно поэтому мне не нужно заставлять тебя спать со мной.
— И ты считаешь, что я поведусь на такую лажу? Что ты решил сегодня меня облагодетельствовать просто так, по доброте душевной? Прямо с утра пораньше встал не с той ноги, и понял: всё, день посвящается благим делам, к бабке не ходи, а то кони двину…