Я отчетливо понимаю, что только чудом узнала правду. Поэтому не могу сдержаться от выпада.
Поднимаю голову, смотрю прямо в глаза генералу Мельникову и выпаливаю, горя праведным негодованием.
— Мой муж не случайная ошибка. Как и тот боец, под чьим именем его закопали. Они оба, как и тысячи других, проливали кровь на благо страны, и вот такое отношение по итогу? Вам, получается, всё равно, где хоронить героев?
— Анастасия Максимовна, — пророкотал Мельников. — Я вашему горю очень сочувствую, но выбирайте выражения, пожалуйста. Мы все уважаем наших бойцов и чтим их память. Но война есть война, как говорится. На ней всякое бывает, в том числе и безумная путаница, и человеческие ошибки. Те месяцы были самыми тяжелыми, морги были переполнены, транспортировали тела, куда была возможность. В ЦОП[ТА1] попадают разными путями, и то далеко не все. Не только бойцам было тяжело, но и врачам, санитарам, медсестрам. И тем, кто выполнял самые скорбные обязанности — по оформлению, опознанию и отправке тел. Да, случился человеческий фактор. По усталости и невнимательности перепутаны имена вашего мужа и другого бойца. За это я готов от лица министерства принести самые искренние извинения. Но всё же это была случайность, а не злой умысел. Вот, сами посмотрите. Мудрено ли было ошибиться, вбивая данные? Почти идентичные данные, разница всего в две буквы в инициалах.
Генерал вытаскивает из папки лист А4 и протягивает мне. А я тупо пялюсь на две колонки цифр и два действительно очень похожих имени.
Ларионов. В.И. — Ларионов Виктор Игоревич
Ларионцев В.И. — Ларионцев Владимир Иванович
Два человека, два бойца, два имени. Две судьбы, которые так трагически переплелись, что теперь непонятно как распутывать.
Глава 2
Две тысячи лет война
Война без особых причин
Война — дело молодых
Лекарство против морщин
Красная-красная кровь
Через час уже просто земля
Через два — на ней цветы и трава
Через три — она снова жива
И согрета лучами
Звезды по имени Солнце
И мы знаем, что так было всегда
Что судьбою больше любим
Кто живёт по законам другим
И кому умирать молодым
Виктор Цой
Настя
— Да вы с ума сошли! — вот что сказал генерал на мое заявление о том, что я хочу встретиться с родными того бойца, под чьим именем похоронен муж. — Зачем вам это надо? Два года прошло. Семья памятник уже поставила, начала оправляться от горя. А вы хотите приехать и все взбаламутить. Лишить их покоя? Или, может, вы собираетесь выкопать гроб?
— Для начала я хочу с ними просто поговорить. Семья имеет право знать, что похоронила не того человека. Ведь если они похоронили моего мужа, значит, где-то лежит тело их сына, которое нуждается в захоронении. Разве нормально это так оставлять?