— Серега, — сказал он. — Спасибо тебе… Нет, ты не подумай, не за деньги, не за адвоката. За слова про отца. Капец как мне важно было это услышать. Ты даже не представляешь. Вся жизнь перевернулась.
Он протянул руку, и я пожал ее, Сашка подержал секунду и отпустил. Потом развернулся, поднял воротник куртки и сел в подъехавшее такси.
Мое прибыло через минуту. В салоне я откинулся на заднее сиденье и закрыл глаза. Машина тронулась, навигатор монотонно диктовал повороты, а за окном проплывала ночная Москва, припорошенная свежим снегом, тихая и равнодушная к моим переживаниям и приключениям.
Отель «Сущевский Сафмар» на Сущевском Валу оказался большим прямоугольным зданием со стеклянным фасадом, из тех, где останавливаются командировочные. Ночной портье за стойкой поднял голову от монитора, оформил ключ-карту без лишних вопросов и пожелал спокойной ночи. В пустом лобби горел приглушенный свет, а ковролин глушил шаги так, что я слышал только собственное дыхание.
Номер на шестом этаже выглядел именно так, как я ожидал: бежевые стены, огромная кровать, рабочий стол у окна с видом на заснеженную улицу. Я в три глотка выпил бутылку минералки, поставил еще одну рядом на стол, чтобы утром не бегать, включил электрочайник и сел на край кровати, собираясь дождаться кипятка. В горле начало першить, и мне хотелось смягчить его горячим чаем, благо в номере были пакетики. Признак наступающий простуды, но оставался шанс, что за хороший сон организм переборет инфекцию.
В этот момент телефон в кармане коротко звякнул. Я достал его и увидел сообщение: «Спокойной ночи, Сережа. Рада знакомству. Кира» .
Вздохнув — не надо было делиться контактами, трезвеющий я поставил телефон на зарядку и прилег дожидаться, пока закипит вода.
Чайник щелкнул где-то за гранью сознания, но вставать за кипятком я уже не стал.
Провалился в сон, осознавая, что это был, пожалуй, самый длинный, самый бесконечный и самый тяжелый день в этой моей новой жизни. И что завтра нужно писать доклад, а потом, если повезет, выступать на научной конференции, и организм наверняка сильно просядет после всего этого…
…но я улыбался. Хотя бы ради этого вечера с сыном стоило переродиться.
Проснулся я от душераздирающего сигнала будильника на телефоне. Попытался спрятаться от оглушительного шума, плотно накрыв голову подушкой, однако этот отвратный звон достал меня и там.
Выключив будильник и посмотрев на часы, я застонал: господи, уже почти одиннадцать, а у меня доклад не написан! А еще голова гудит, словно та «Дубовая бочка», где мы вчера так весело начинали вечер.