— А он что? — спросил я.
— Понял. И больше о нем никаких слухов дискредитирующих не было. У них нормальная семья до сих пор. Однажды мы с ним случайно пересеклись, и он сказал: было какое-то словно временное помутнение, небольшая интрижка и все. А дальше они расстались, и он больше себе такого никогда не позволял. Я честно скажу: если это все действительно так, то я рада, что тогда ничего не сказала и не разрушила их семью.
— Вы считаете, что мне ничего не нужно предъявлять Наилю? — без обиняков спросил я, и кривоватая ухмылка появилась на моем лице.
— Не совсем так, — осторожно подбирая слова, проговорила Элен, — скорее, вам нужно немного присмотреться к нему. Понаблюдать за ним какое-то время. У каждого человека есть мотивация. Вам нужно понять, что заставило его соврать вам.
— Угу, пока я буду присматриваться, он меня уже по-крупному подставит, — буркнул я недовольно, хотя в душе понимал, что она отчасти права.
Однако перед глазами встала рыдающая Ирина, резиновая улыбка Михайленко, который заглянул ко мне перед операцией подбодрить и сказать, что все пройдет хорошо. Лысоткин, который выступал с докладом по моим данным…
Всем этим людям я доверял как самому себе, а может, даже больше. Особенно Ирине, из-за которой, по сути, перешагнул через свою семью, через своих детей, отдалился от Сашки совершенно. Да и с Марусей тоже нехорошо получилось. А Ирина за моей спиной сплела вот эту всю паутину интриг…
Или тот же толстяк Михайленко. Да, на сегодняшний день я уже более чем уверен, что операция, которую я не пережил, прошла именно с таким результатом только благодаря ему. И хотя пока я никак не мог доказать, что это он виновен и именно от его руки я умер, рано или поздно все выяснится. А ведь я тоже доверял ему. Сколько ему помогал, сколько сделал для его семьи, родителей, жены. Я, по сути, написал ему кандидатскую. Он бы ее сам в жизни не осилил и не защитил. И в результате он помог мне, мягко говоря, закончить жизнь лет на двадцать раньше, чем я надеялся.
Мысли пронеслись в доли секунды, после чего я посмотрел на Элен.
— Не знаю… — стиснув зубы, проговорил я. — Я же теперь не смогу ему доверять никогда.
— Никогда не говорите «никогда», Сережа, — глухо отозвалась Элен. — К тому же вам и не нужно ему сейчас доверять, просто не делайте поспешных выводов. Поставьте все на паузу и присмотритесь.
Совет был дельным и данным вовремя. Я благодарно кивнул и спросил:
— А почему вы так напряжены, Элен? Первое занятие можно провести и минут за пятнадцать–двадцать. Не обязательно же растягивать на сорок. Мне главное, чтобы вы просто посмотрели на Борьку. Может, советы дадите, а дальше они уже сами… Да и Борька, поверьте, чудесный пацан. И очень толковый. Сами увидите.