— Не шевелись! — простонал Себ. Его приятель тоже вскрикнул что-то неодобрительное, притискивая меня плотнее к себе, чтобы удержать от резких движений. И спустя мгновение я поняла, почему — они задвигались по очереди. Один входил, другой выходил, на полной амплитуде, почти до конца, и по самые яйца. С размаху. Влажные всхлипывания и хлюпание наполнили солярий. Я еще никогда так не текла — и столько не кончала. Казалось, оргазм длится и длится, перетекая во все новые вспышки фейерверков за закрытыми веками. В какой-то момент я ощутила, как тело подо мной содрогнулось, внутри запульсировало, а за спиной отозвался мучительным стоном удовольствия Себ.
И все провалилось во тьму.
Отключилась я всего на минуту, не больше. Организм не выдержал подобного издевательства. То несколько лет без секса вообще, то вдруг такое раздолье. Все тело пело, сладко и томно, но задерживаться здесь я не собиралась. С трудом вывернувшись из сплетения рук и тел, я побрела на подрагивающих ногах к тому лежаку, где не так давно — целую жизнь тому назад — сложила свою одежду.
Себ вальяжно перевалился на соседний шезлонг и бесстыдно оглядывал меня, так что я чувствовала себя еще более голой, чем была. Обнаженной до самых костей, если это возможно. Хуже рентгена, честное слово!
— Ты куда? — лениво поинтересовался второй, так и оставшийся безымянным незнакомцем. Спрашивать его теперь, после всего, об имени казалось странноватым, не сказать хуже. Нет уж, лучше мы так и останемся безликими партнёрами на одну ночь. После всего того, что я им обоим позволила, мне стыдно на себя в зеркало смотреть, не то что кому-то из них в лицо. Надеюсь, я никогда с ними больше не встречусь…
На этой мысли меня кольнуло непрошеное разочарование.
С ума сошла, Лили? Желаешь повторения разврата?
Тело сладострастно заныло, выражая полную готовность продолжать. Стоило только мельком, украдкой, оглядеть этих сытых, развалившихся в соседних шезлонгах самцов и вспомнить, что они творили со мной, а я с ними лишь минуты назад, как низ живота свел тягучий спазм, дальний отголосок упоительных множественных оргазмов.
Я мотнула головой и решительно прижала к себе одежду.
— Пойду приведу себя в порядок. — пискнула полузадушенно. Голос отказывался повиноваться, сорванный от криков.
— Вторая дверь налево. — лениво подсказал Себ.
Знаю, я там уже убиралась, хотела было съязвить я, но передумала. Зачем? Напомнить им, что они только что трахнули уборщицу? Я помнила свое место на Перекрестке, и оно точно не рядом с подобными красавцами.