— Ага. — не слишком внятно буркнул мужчина подо мной и неожиданно впился в мои губы поцелуем.
На контрасте его рот был сладок, как шоколад и слегка горчил, оседая привкусом кофе на языке. Он исследовал мой рот, играл с влажной плотью языка, пьянил и будоражил. Я даже не сразу поняла, что Себ переместился мне за спину. Только когда твердые мускулистые ноги коснулись моих, вздрогнула и попыталась отстраниться. Что они собираются делать? Не то же, что я подумала? Я такое только в фильмах видела, и то пару раз… мне всегда казалось, что два члена сразу это перебор.
— Не отвлекайся. — шепнул вкрадчиво голос у моего уха.
Как не отвлекаться, когда сзади ко мне прижимается второе, совершенно обнаженное — и само по себе совершенное — мужское тело⁈ К тому же бесстыдные пальцы трогают, раздвигают, массируют…
Незнакомец подо мной снова поцеловал меня, коварно и напористо, так что все мысли вылетели из головы. Похоже, это и было его целью — отвлечь и расслабить. Он замер, каменная твёрдость внутри меня прекратила свое поступательное движение, позволяя сконцентрироваться на поцелуе — и проникающем в анус пальце.
Вопреки ожиданиям, больно не было. Непривычно, очень стыдно, но не больно. Движения языка в моем рту повторяли ритмичные толчки проникающих в меня пальцев. Сначала одного, потом двух. Пульсация члена в моем лоне отдавалась пламенеющими волнами удовольствия, я уже не стеснялась вовсе, самостоятельно насаживаясь в животном экстазе.
И да, я кончила снова. И снова с воплем.
— Какая громкая девочка. — с нескрываемым восхищением констатировал Себ, кладя свободную ладонь мне между лопаток. Я каким-то десятым чутьем поняла — вот сейчас. Но страха не было. Было предвкушение, азарт — неужели оно в самом деле будет так хорошо, как было до того?
Крупная, почти плоская сверху головка толкнулась в мой анус и сразу погрузилась внутрь. Я вскрикнула и задышала, отрывисто и хрипло.
Мужчина подо мной куснул меня за шею, просунул руку между нашими телами, нашел большим пальцем клитор и принялся потирать, в то время как раскаленный член проникал в меня сзади, растягивая до предела. До грани с болью — но не переступая эту грань.
Войдя целиком, Себ замер.
Мы все втроем застыли, почти не дыша, привыкая к единению. Неимоверно странно было ощущать себя настолько заполненной, и в то же время как-то правильно, что ли. Словно свершилось то, ради чего я была создана. Для того, чтобы получать и дарить наслаждение именно этим двоим. Их члены внутри меня терлись друг о друга, отделенные лишь тонкой стенкой плоти, и в этой тесноте задевали какие-то неведомые мне ранее нервные окончания. Мне казалось, я могу кончить просто от заполненности. Пауза затянулась, и я сама первой двинула бедрами, насаживаясь еще глубже.