— Не твоё это место, Мингю. Клуб — стезя Даяны, Хона, ты не станешь таким, как они. — Парень вперил дикий взгляд в Даяну, которая ковыряла ногти, недавно накрашенные тёмным лаком. Как только она подняла на него твёрдый взгляд, полный лишь темноты, не было в нём ничего другого, как он отвернулся, отпуская брата из захвата. — Я многих видел в своей жизни работников. Некоторые, как ты, приходили без желания, просто для того, чтобы были деньги. Деньги дадим. Но ни один наш гость не был доволен во время твоих смен.
— Что я им, зад должен был подтирать? Или научиться читать мысли, как Хон? — Гю ударил кулаком по столу, и стриптизёрша пересела на диван рядом с парнем, пытаясь его успокоить. Тот лишь отмахнулся — не до девушки рядом было. — Хён, я обычный парень, мне просто нужны деньги.
— Прямо в сумке рядом с тобой находится та сумма, которую Даяна может заработать при хорошем раскладе за месяц-два. Доволен? — Стопка с соджу оказалась в руках Вонсока, и он вылил её на острую закуску. Запах мяса, окунутого в алкоголь, распространился по столу. — Этих денег тебе хватит на всё, что ты пожелаешь.
В тот самый миг Мингю стукнулся головой о стол, выдыхая, и Вонсок пробормотал: «Готов». Для Мингю та доза алкоголя, что спокойно мог выпить Вонсок, слишком большая. Чон-старший, вновь закуривая и поймав на себе недовольный взгляд единственного официанта, вышел из-за стола, достав из кармана бумажник и кинув на недоеденную закуску несколько купюр. Затем показал знак мира и молча удалился из кафе, не дожидаясь Даяну.
— Будда, и что мне с ним делать? — Мингю со стола свалился на колени девушки, и она неловко провела по его волосам рукой. Мягкие, шёлковые. Но явно давно немытые. Его бы окунуть в тёплую воду, наполненную мягкой, как его волосы, ароматной пеной, да отмыть хорошенько. Девушка осторожно переложила парня с колен на диван и, воровато оглянувшись, опустилась на корточки рядом с сумкой, которую Вонсок передал младшему. Ему деньги не особо нужны, раз он таскал эту сумку с собой, да и отрубился тоже с ней. А вот её маме ох как нужны деньги. Лишние десять миллионов со счёта — буквально месяц работы бесплатно, и Даяна понимала, вот он — шанс. Она пересчитала купюры, отсчитав ровно миллион, и стала пихать их по карманам, куда угодно на своём теле, лишь бы уместить всё.
Стыд? Какой стыд? Это её деньги. Честно заработанные своими умениями. То, что Вонсок бессовестный, это понятно, но когда такой сукой без совести стала Шин Чихо? Уподобилась своему бывшему, так же, как и он, лучезарно улыбаясь официанту и прося проследить за парнем, пока она по-быстрому съездит в одно место. Оставляя Чон Мингю на попечение Квон Джихуна, ведь именно так звали официанта, который заставил девушку оставить свой номер телефона ему, Даяна знала, что совсем скоро вернётся. Конечно, без миллиона, который был разномастными купюрами расфасован по карманам.