Вонсок засунул руку под диван и всё же выудил зажигалку, которую недавно потерял. Щёлкнув пальцами и улыбнувшись, владелец стрип-клуба засунул найденный предмет в задний карман штанов.
— Я просто уволил Мингю, но у него проблемы с деньгами, — произнёс мужчина, подходя к стриптизёрше ближе. Увидев, что она наморщила нос, явно не понимая, на какие нужды нужна сумма с шестью ноликами на конце, он поспешно объяснил: — Я поставил на него ставку всего-то.
— Ставку? В десять миллионов? — Обернувшись и не заметив никого, кто бы мог подслушать, девушка лишь чудом удержалась от оплеухи бывшему. — Ты совсем, что ли? Это наш общий счёт, мог бы сначала со мной посовещаться, а не вот так вот… это некрасиво, потому что это и мои деньги тоже.
— Милая моя Шин Чихо, — Вонсок улыбнулся, — просто скажи спасибо, что у тебя осталось на счету хоть что-то.
— Половина денег на счёте предназначалась моей матери, вообще-то. — Горло будто сжала железная рука. Мать и так жила в Итэвоне после развода, там работы нормальной не найти, а книги уже не печатали. — Вонсок, это уже переходит все границы, мы с тобой договорились советоваться, а не действовать наобум!
Она не заметила, когда именно Вонсок зажёг сигарету, поднося её к губам и вдыхая ядовитый дым. Она знала, что он таким образом успокаивался, но хотелось лишить его средства успокоения, втоптать каблуком стрипа в ковёр, повидавший столько же, сколько и диван, и наорать на Чона, ударить по щекам, лишь бы он не был таким придурком.
— Не забывайся, — достаточно резко сказал он. — Выше, чем у меня, платят только в борделях, но ты ведь не пойдёшь торговать своим телом, не так ли, малышка? Не надо мне устраивать сцен, я от них уже устал. Иначе вышвырну из клуба и мне будет абсолютно плевать на то, что местный контингент тебя любит.
— Как и ты. — Добавляя издёвку в голос и явно намекая на их недавний секс, Чихо улыбнулась. Она знала, что в каком-то смысле являлась его слабостью. Она видела его насквозь, знала каждую его пагубную или, наоборот, хорошую привычку. Они хорошо друг друга знали. Из-за этого порой обоюдная ненависть просыпалась.
— Когда-то, — стряхивая пепел на пол, совершенно не заботясь о чистоте помещения, выпалил Чон. — Не забывайся. Когда твоей матери будет совсем худо без денег, ты не побежишь к своему папочке. Ты побежишь ко мне, потому что я могу тебя содержать. Не так ли? А теперь надень туфли поудобнее и одежду поприличнее. — Придирчивый взгляд остановился на открытом торсе девушки, где виднелись очертания кубиков. Это тело становилось слишком спортивным. А к своему отцу она действительно не побежит за деньгами, если её матери понадобится. Слишком некрасиво госпожа Ким и господин Шин расстались. — Мы идём к финишу гонок.