— Конечно, я дома, пап. — Тон голоса смягчился. Теперь на диване, развалившись от усталости, сидела не Даяна, а собранная и милая Шин Чихо, заочница юридического факультета.
* * *
Как только выступление Даяны закончилось, два молодых человека на балконе, попивая виски со льдом, молча переглянулись и отвернулись от сцены, не наблюдая за дальнейшим развитием событий. Попеременно вздохнув, они глотнули жидкость из стаканов, чувствуя, как алкоголь приятно греет горло.
— Не устал так жить? — Младший облокотился о перила, смотря на остатки виски в своём стакане. — Снова тебя кинули, как всегда. Может, стоит хотя бы район сменить?
— Меняй не меняй, везде всё одно и то же. — Гынхо поставил стакан на столик и отщипнул сочную ягоду винограда. — Стоит хоть на пару минут задержаться, так тебя кидают. Свиньи. Если я сменю район, обо мне, как об организаторе гонок, пойдёт дурная слава. А мне этого не нужно. И кстати, мелкий, тебе вообще пить нежелательно, у тебя через час гонки. Ты не успеешь протрезветь.
— Откуда ты знаешь способности моего организма? — Мингю криво улыбнулся. — Не бойся, если что, окунусь в ледяную ванну, как же иначе я выходил на трассу.
Гынхо смотрел на Мингю, стритрейсера, который просто, без особых проблем проникал в этот клуб по блату, просто кинув какую-то незначительную фразу парням-бугаям. Они к нему относились спокойно, даже очень, и Мингю относился к ним точно так же: не вёл себя вызывающе, спокойно смотрел на танцы, пил алкоголь и время от времени приходил к брату.
Быстро влив в себя, словно топливо, алкоголь, Мингю поморщился, слегка облизнув нижнюю губу. Все девушки, вешающиеся на нём, обожали эти мимолётные, неосознанные действия и обхватывали парня за шею, чуть проводя изящными наманикюренными ноготками по его ключицам, и обводили впадинку между ними, что парню, впрочем, не особо нравилось. А потом ещё в довесок кусали его губы до крови, оставляя саднящие ранки.
— Даяна, как всегда, на высоте, — произнёс Гынхо, переключаясь на другую тему. — Молодец, уже пару лет здесь работает, а до сих пор держит напряжение у всех в штанах.
Внизу послышались крики. Орала полураздетая девушка-работница и мужчина, которого под локти уводили два амбала с невозмутимыми лицами. Стриптизёрша сняла туфлю на высокой шпильке и даже кинула её вслед, совсем уж неприлично засвистев. Конечно же, потом ей пришлось попрыгать за брошенной обувью, но по лицу танцовщицы было видно, что своей работой она довольна.
— Счастливой дороги прямо в ад, Со Хэчан! — крикнула она и, почувствовав превосходство, гордо скользнула ступнёй в туфлю и пошла к сцене, чтобы вскоре скрыться за кулисами.