– В очередной раз убедился, что пепельники по праву занимают свое место на дне, – кинул он презрительно.
Зря я переживала насчет грязи на одежде. Теперь и мою душу снова облили грязью. А это страшнее.
Глава 15
Я не подала вида, что слова Роэна задели меня за живое. В конце концов, ничего нового о пепельных магах вообще и о себе в частности я не узнала. Не понимаю, почему именно сейчас сердце тоскливо сжалось.
Я встала поодаль, наблюдая, как остальные парни проходят трассу. У будущих боевиков – крепких, мускулистых – были все шансы обойти нашу пару, но начало происходить нечто странное. Да, они явно соревновались, вот только не за то, чтобы побить рекорд Элмира и Вейлара и прийти первыми, а прикладывали все усилия, чтобы потратить как можно больше времени и стать последними.
Я даже не сразу поняла, что за череда невзгод накрыла однокурсников. Они теряли ботинки в грязи, цеплялись рукавами за препятствия, спотыкались на ровном месте, но превзошел всех Альб: он упал с мостка в мутную воду и несколько минут барахтался в ней, пока не выдержал сам магистр Калестор.
– Можешь не трудиться, – рявкнул он, останавливая секундомер. – Семь минут! Экзамен на подхалимство сдан!
Оказывается, грубиян-тренер не боится называть вещи своими именами. За это я готова была простить ему холодную встречу.
Я покосилась на Златовласку. Он стиснул челюсти, играл желваками и точно не испытывал восторга от состязания в невиданном подобострастии.
Каково это – быть им? С самого детства видеть льстивые улыбки и желание угодить. С него пылинки сдувают, никто не смеет и слова сказать поперек, зато и настоящих друзей у него нет и никогда не будет. И правды о себе он никогда не услышит. Разве кто-то решится поставить на место высочество, раздувающегося от чувства собственной значимости!
Но, похоже, такой человек нашелся – и это я.
Я уже наговорила на несколько сроков заключения в городской тюрьме и на десять дел об измене короне.
Правда, устав Люминара охраняет меня в стенах академии, где нет принца и пепелушки, а есть студент Асториан и студентка Лир, которые могут грызться и кусаться сколько влезет, лишь бы не учиняли смертоубийств.
Выбравшийся из канавы Альб трясся от холода, но улыбался. Он направился было к Роэну, но тот пригвоздил его к месту тяжелым взглядом, потом отрывисто кивнул тренеру и зашагал прочь от полигона. Занятие как раз завершилось: над территорией Академии прокатился удар колокола.
У меня есть полчаса на то, чтобы переодеться в чистое, но что делать со спортивной формой, пропитавшейся жирной грязью?