Я всегда была дамой приличной. Ни в каких интрижках не участвовала и участвовать не собиралась. А теперь по всему выходило, что я оказалась в теле какой-то барышни сомнительного поведения. Да к тому же в самый разгар некрасивой ситуации. Этот молоденький Аполлон, кажется, ее любовник. А тот, кто настойчиво барабанит в дверь, законный муж. Неудивительно, что последний разъярен донельзя.
— Что здесь происходит? — произнесла я, стараясь придать голосу строгость. — И кто ты такой?
Юноша подскочил с кровати, едва не запутавшись в шелковых простынях. Его голубые глаза забегали по комнате, словно искали выход.
— Я… Латилон, миледи! — залепетал он, густо краснея. — Вы сами позвали меня к себе прошлой ночью. Сказали, что граф не вернется до завтрашнего вечера. Помните? Я не мог отказать вам… Но он здесь. Он нас убьет.
Час от часу не легче.
Окажись я в других обстоятельствах, порадовалась бы и титулу, и явному достатку, в котором проживает графиня. Кто из нас не мечтал примерить на себя подобную роль. Но не таким же образом! Этот странный сон все больше напоминал оживший кошмар. Приложив пальцы к вискам (чужие пальцы к чужим вискам), я попыталась сосредоточиться и вынырнуть из сна, как из холодной проруби. Но маневр не удался. Вернуться в привычную действительность и собственное тело не удавалось.
Дверь содрогнулась от нового удара.
— Пареска! Я знаю, что ты там не одна! Если ты немедленно не откроешь, я вызову стражу!
— О, Великий Дракон! — Латилон побледнел и заметался по комнате. Не придумал ничего лучше, как забраться под кровать. Как будто его там не найдут, ага.
Оставив засов двери на месте, я метнулась к окну. И тут же разочарованно вздохнула. О том, чтобы сбежать этим путем, не могло идти и речи. Спальня графини находилась на самом верху огромной башни.
Как ни крути, а придется встретиться лицом к лицу с разгневанным мужем. Чужим мужем, спешу заметить. Может быть, удастся объяснить, что я вовсе не та, за кого он меня принимает? Хотя… В том состоянии, в каком он пребывает теперь, граф вряд ли станет слушать. Скорее примет мои слова за самое неправдоподобное оправдание. Действительно, кто в своем уме поверит, что в тело его юной привлекательной жены угодила семидесятилетняя бабка?!
— Латилон!.. — позвала я, заглянув под кровать. — Выбирайся оттуда немедленно и потрудись одеться.
Парнишка не подумал послушаться, а вместо этого забился в самый дальний угол и притих, прикинувшись пылью. Как видно, характер у графа грозный, а рука тяжелая.
Сама я потянулась за пеньюаром.
Не успела накинуть его на плечи, как Латилон вдруг заорал, как ужаленный и выскочил из-под кровати с такой скоростью, словно увидел привидение.