Уж каким образом двуликая там, в небе, призвала к порядку неразумное зверье, неясно, но сейчас на снижение, описывая ровные круги, шла стройная пара, крыло к крылу. Красиво и технично двигались драконы, в точности повторяя маневры летящей перед ними мантикоры. Словно всю жизнь летали в боевой двойке. Ведущий темно-серый и прикрывающий алый.
— Надо бы обсудить в штабе. Может, по обмену из корпуса крылатых кого из наставников по полетам пригласить. Это ж если гражданское лицо так маневрирует… — Фондерт с искренним восторгом любовался прекрасным зрелищем, как, впрочем, и практически все офицеры.
Если кто-то отдал свое сердце небу, то красота полета любого существа непременно найдет в нем отклик.
И конечно же, в итоге высказать свои восторги приземлившимся барышням тоже хотели все. А главное — встряхнулись парни-курсанты. Продолжить полеты вызвались сразу пятеро, даже, забывшись, где находятся, начали отпихивать друг друга локтями, пока их не призвали к порядку.
— Давайте все же по списку. Кто там у нас в начале? Поплешкун? Ну, не подведи, парень, а то, может, ошибся артефакт-то. Присяга, конечно, важна, но служат не только в драконьих летунах. Если не заладится, то переведем куда попроще, так что оправдай и заслужи! — с сомнением рассматривая все еще заляпанный соплями мундир чернявого, напутствовал того Фондерт.
Драконовед показал парню, как пользоваться упряжью, помог закрепить «кровосос» и продемонстрировал, как активировать артефакт полета, встроенный в шеврон.
— Главное — взлететь, сделать круг и приземлиться. Это несложно, — мимоходом похлопал курсанта по плечу капитан Горностайчик, идя к своему дракону. — Мы будем держаться рядом. Давай!
Кася, будучи доброй девушкой, очень болела за паренька.
— Давай! Ты сможешь! — Не таившая мелочных обид, она очень хотела, чтобы все курсанты прошли испытание и ощутили ту же незамутненную радость полета, единение с драконом. Когда кажется, что могучие кожистые крылья, несущие тебя навстречу ветру, твои собственные.
И она искренне поздравила благополучно вернувшегося из своего первого полета курсанта Поплешкуна, протянув ему руку.
Усатик удивился, но руку, замешкавшись на мгновение, осторожно пожал.
— Меня Ульгрен зовут.
Через какое-то время наши девушки услышали за спиной его негромкий голос:
— А? Э-э-э… спасибо, мадам!
Обернувшаяся к парню мейсса Мохнатая одним щелчком когтей очистила ему форменный мундир.
Видимо, полеты объединяют и делают людей лучше. Кася счастливо улыбалась, щурясь от солнца и наблюдая, как взлетают остальные.
Только одно отравляло девушке сегодняшний праздник. Время от времени она ловила на себе неприязненный взгляд толстяка интенданта. Капитан Сайледин мрачной надутой жабой стоял за спинами восторгающихся зрелищем офицеров и на человека с душой и сердцем драконьего летуна совсем не походил.