С раздражением сунула ключ в замок, провернула несколько раз и распахнула дверь, показывая сборщику внутрь, на эти ненавистные коробки.
Он медленно поднял свой ящик и приблизился. Посмотрел сначала на Сашу, затем на коробки, а после на часы, и на его лице появилась кривая усмешка.
— Знаешь что? — произнес это без злобы, с каким-то почти философским спокойствием. — Пошла-ка ты нахрен со своими шкафами. Мне некогда, мое время, оказывается, тоже кое-чего стоит. Хотя бы для меня.
Он развернулся и пошел к лифту, не оглядываясь.
— Подождите, — пораженно ахнула Александра, но мужчина даже не замедлился, лишь показал ей поднятый вверх средний палец.
Глава 3
Клим вышел из подъезда, втянул свежий воздух и коротко выдохнул, наблюдая, как белый пар на секунду повисает в воздухе и растворяется. Под ногами хлюпала каша из растаявшего снега, по щекам неприятно щипал холод. Он шел медленно, даже чуть пошатываясь, и только теперь осознал, насколько сильно устал.
— Уснул, блин… — пробурчал себе под нос и покачал головой. — Молодец, Земцов, просто пять баллов.
Клим слукавил, когда сказал, что специально ждал у двери. Он не собирался там сидеть, хотел переждать пару минут, отдышаться, но… вымотанный организм просто отрубился. И вот результат: работы нет, денег тоже, но хоть самолюбие почесал и поставил стерву на место. «С паршивой овцы хоть шерсти клок.»
Клим усмехнулся, вспомнив ее вытянувшееся лицо. А затем и весь образ: белоснежное пальто, холодный взгляд, каблуки в такой гололед. Ну и звезда. Таких, наверное, в пробирках выращивают.
— Придурочная, — тихо резюмировал он.
Подойдя к «шестерке», открыл багажник и бросил ящик с инструментами, сам плюхнулся за руль. Лобовое стекло запотело от его дыхания, Клим быстрым движением протер его рукавом и завел двигатель. Машина в ответ захрипела, но всё-таки не подвела.
На часы смотреть не хотелось, но пришлось.
— Охренеть… — выдохнул он, понимая, что заехать домой и переодеться уже не успевает. Оставалось сразу ехать в школу.
Земцов вырулил на проспект, ловко лавируя между другими автомобилями и достал телефон. Пока стоял на светофоре, написал сообщение врачу жены:
«Тамара Евгеньевна, как Юля? Есть новости?»
Ответ пришел почти сразу:
«Без изменений. Все, как всегда.»
Клим раздраженно бросит телефон в подстаканник, словно тот был в чем-то виноват. «Без изменений. Никакой динамики. Шансов нет. Готовьтесь к худшему.» — эти слова он слышал постоянно на протяжении многих месяцев, но так и не смог принять. Для него оставалось загадкой почему молодая красивая женщина, полная сил и желания жить не может выйти из комы и вернуться в семью. Точнее головой-то он понимал, но вот смириться не получалось. И отпустить Юлю тоже.