— Клим, Степа — на дверь! Макс — проверь водителя! Остальные — страховка и стойки! Быстро!
— Есть! — голос Клима прозвучал хрипло, но четко.
Он шагнул вперед, и снег с хрустом поддался под его ботинками, мгновенно намочив штаны до колен, но внутрь не просочилось ни капли. Да и Клим уже не чувствовал холода, только адреналин, горячей волной бегущий по венам. Степа подтащил гидравлические ножницы, их металлические челюсти готовились впиться в искореженный металл.
— Держи ровно, черт возьми! — рявкнул Степа, упираясь плечом в холодный борт.
— Держу! — сквозь зубы процедил Клим, вдавливая инструмент в щель. Металл заскрежетал, издавая душераздирающий визг, медленно поддаваясь напору.
То, что открылось взгляду внутри, было страшнее любой стужи. Бледные, перепуганные детские лица. Одни тихо плакали, другие вжимались в кресла, цепко вцепившись в ремни безопасности так, что маленькие пальчики побелели.
— Ребята, мы с вами! Сейчас всех заберем! — голос Клима прозвучал неожиданно твердо и спокойно, словно в этой аду он был единственной опорой.
Его взгляд упал на девочку с огромным розовым рюкзаком на коленях. Ее широко раскрытые глаза, полные ужаса, смотрели на него, как на бога.
— Дядя… а мы не умрем? — прошептала она, и ее голосок дрогнул.
— Конечно нет, — ответил Клим, и в этом одном слове была вся непоколебимая уверенность человека, не имеющего права на ошибку. — Никто не умрет. Я обещаю.
Спасатели зацепили автобус, страхуя от падения, а Макс, тем временем, уже добрался до водителя. Его пальцы уверенно прощупывали пульс на запястье.
— Сознание ясное, шок, перелом ребер, — доложил он, не отрывая взгляда от пострадавшего. — Укол сделал. Пока стабилен.
— Ян! Носилки! — скомандовал Захар.
— Уже несу! — отозвался Ян, пробираясь через сугроб с алюминиевыми носилками на плече.
— Макс, как дети? — крикнул Клим, не отрываясь от работы с гидравликой.
— Шестеро в норме, испуганы. Двое зажаты — у одного нога, у второго плечо.
— Работаем, — коротко бросил Клим и снова нырнул в темноту салона.
Внезапно воздух разрезал тревожный крик Ивана:
— Ребят, у нас протечка…
Захар мгновенно среагировал на голос:
— Ускоряемся! Майя в салон, Клим принимающий.
— Есть.
Майя была самой маленькой и легкой из спасателей. Ловко изогнувшись, подхватила на руки маленькую девочку и, передав в руки Климу, вернулась за следующим.
— Тихо, солнышко, тише, — шептала она, пробираясь к выходу. — Сейчас все закончится, все будет хорошо.
Клим с силой упер ножницы под смятое сиденье, зажимавшее ногу мальчика. Мальчишка закричал от боли и страха. — Смотри на меня! — приказал Клим, ловя его взгляд. — Смотри только на меня! Я здесь, и я все контролирую!