Его разместили в небольшом полевом госпитале возле импровизированного причала на реке. Госпиталь состоял из нескольких блочных контейнеров, возле которого меня и Пулю рано утром ждал Харрис.
— Как он? — первым спросил пуля, когда мы подошли.
— В сознании. Всё хорошо. Упадок сил из-за недостатка пищи и воды плюс пара переломов. В остальном всё в порядке, — ответил он. — Мы бы хотели поговорить с ним. Если не возражаете.
— И чем раньше, тем лучше, — кивнул я.
В этой ситуации следовало проявлять открытость, чтобы не дать даже намёком заподозрить о некоторых вещах, которые мы обсуждали с Рубином ранее.
Лётчик полулежал на кровати. Его ноги были в пластиковых фиксаторах на липучках, а под носом виднелась прозрачная трубка с кислородом. Рядом тихонько пиликал кардиомонитор.
— Ну привет, — поздоровался я на английском. — Готов поговорить? Что там случилось?
Рубин бросил быстрый взгляд на Харриса. И в этот момент я понял, что на абсолютную откровенность рассчитывать не приходится. Лётчик будет говорить наиболее безопасную для нас версию событий. Это не очень хорошо, но главное, чтобы безопасник поверил во всё, что он скажет.
— У них случился сбой системы управления изменёнными, — сказал Рубин. — Неизвестно, что его вызвало. Их биологи спорят на счёт того, что могло быть причиной… точнее, спорили. Пока были живы. Из-за провала операции по освобождению, как они это называли, руководящие группы устроили резню между собой, когда часть высших чиновников поймали на том, что те пытались организовать переговоры с руководством нашей страны.
Я постарался скрыть удивление. То, что он говорил, было опасно близко к правде. Которую крайне нежелательно знать конфедератам. Оставалось надеяться, что Рубин знает, что делает…
— В том числе моего отца, — продолжал Рубин, сохраняя нейтральный тон. — Это случилось ещё до того, как они прислали сообщение.
— Получается, ты шёл в ловушку… — констатировал я.
— Шёл… — согласился Рубин.
— Как ты оказался на той ракете? — спросил Харрис.
— Мне удалось договориться, что я передам послание и открою канал связи с нашим руководством, — продолжал Рубин. — Часть демов хотели предложить сделку. Кое-какие технологии в обмен на экстракцию с семьями.
— И ты… согласился? — продолжал безопасник.
— У меня не было выбора, — Рубин попытался пожать плечами, но лишь сморщился от боли. — Они продолжали грызню между собой. Те, что запустили меня, планировали бежать из красной зоны.
— Как вы собирались их эвакуировать? — продолжал Харрис.
— Понятия не имею. Похоже, они считали, что наше руководство сможет договориться с вами о коридоре.