Замотанный в автошколе, голодный, я вернулся домой довольным. Больше не было того груза невысказанности, что я таскал на душе. И сон пришёл ко мне, стоило лишь коснуться головой подушки.
Я двигался в толпе по узкой дорожке, с обеих сторон огороженной сеткой с колючей проволокой. И это в центре прямо посреди улицы. Куда катится мир?
Дороги пустые. Все окна в домах зашторены. Моё внимание привлек попутчик в серой маске-коконе, тонкими кольцами оплетавшей его лицо. Он почувствовал мой взгляд, кольца чуть съехали и показали мне хищную улыбку:
— Удобная штука, правда? По камерам лицо не отследить, — он довольно хмыкнул, и маска снова закрылась.
Чёрт знает что происходит. В толпе кто-то закричал про гнёт и тиранию, но быстро заткнулся. По рядам прокатился шорох: «Идут».
Я посмотрел туда же, куда и все: за колючую проволоку, на просторную часть улицы, отгороженную от нас.
По ней стройным шагом маршировал небольшой отряд людей в чёрных брюках и бордовых пиджаках. Потом случилось странное: то ли я моргнул, то ли отвёл взгляд, но люди исчезли, вместо них небольшой стайкой шли красные собаки. Причём я сразу понял, почему они красные, — их шерсть сочилась кровью.
Фу, блин!
— А вот и наш любимый конвой. Охраняют, — язвительно заметил мой сосед в маске.
— Да в гробу я видал такие порядки, — возмутился я. Оттолкнулся как следует и взлетел. Странно, что никто и не подумал меня преследовать. А толпа, кажется, и вовсе не заметила мой маневр. С высоты полёта я наблюдал простиравшийся подо мной город, четко поделённый на сектора, с пустыми дорогами и узкими пешеходными маршрутами, где за колючей проволокой копошились люди.
Тут я заметил на крыше дома ещё двоих, фигуры которых показались знакомыми. Худые, высокие, белые волосы развеваются на ветру. Один помахал мне рукой.
Я заложил вираж над городом и пошёл на посадку.
Ещё до того, как приземлиться, вспомнил всё.
Кто я, и кто они.
— Отлично выглядишь, — улыбнулся Фиолетовый. — Мне нравится, что ты пробуждаешься. Смерть физического тела — такой пустяк, правда?
— И ты всё больше в контакте с остальными гранями тебя из других реальностей, — заметил Оранжевый. — Это радует. Не радует только то, что ты полез на рожон!
Неорган хищно оскалился и рявкнул:
— Ты-то справился, а остальные члены группы⁈ Притащил стражей в совместный сон. Ты знаешь, как теперь истощены твои друзья? И это благодаря тебе. И сколько им придётся восстанавливаться? Если им вообще дадут спокойно спать. Тут обратного хода нет. Когда планка повышается, она повышается навсегда!
— Я не знал… — пробормотал я. — Почему вообще так получилось?