Он с досадой бросил указку и хлопнул по парте толстым кулаком. Она утробно загудела. Инструктор кивнул, словно одобряя этот звук. Низкий, вибрирующий. Не то что лёгкое, едва слышное дребезжание указки.
— Из Японии как-то тяжеловато было сюда добираться, — ответил я, с опаской отступая на шаг назад. — А потом мне нужно было избавиться от твари под плиткой и вернуть Аржану, Катьку выручить и поговорить с Рыжим. В общем, склеить слои реальности.
Господи, зачем я ему всё это рассказываю, он же не поймёт.
— И что, склеил? — фыркнул Пётр Леонидович. — Моё дело, чтобы ты ласты не склеил в аварии. Так что отговорки не принимаются. Из Японии сложно ему было добраться. А порталы у нас для кого?
Он демонстративно открыл дверь, и за ней вместо обитого серым пластиком коридора автошколы оказались ярко-красные ворота тории. А за ними в лучах яркого солнца и зелени — храм Кицунэ.
— О, ничего себе! — раскрыл рот я. — Раз такое дело, я сейчас быстренько туда сгоняю. У меня ещё остались вопросы к одной лисе. Вернее, пожелания. То есть дополнения к желаниям.
Я кинулся было к двери, но инструктор быстро захлопнул её прямо перед моим носом.
— Ты учиться пришёл или как? — Он выпучил глаза так, что они чуть не вылезли из орбит. — Сначала покажи себя на дороге, а там посмотрим!
Он подскочил ко мне, ловко схватил за шкирку и кинул в раскрытое окно. Я полетел прямиком в чёрную «шестёрку», припаркованную во дворе. Благо дверь была открыта, и удалось приземлиться чётко в мягкое кресло. Не успел я перевести дух, как надо мной навис Пётр Леонидович. Казалось, он ещё больше раздался в ширину и округлился. Этак в машину не пролезет.
— Чего на пассажирское уселся? Марш за руль! — гаркнул он, и я быстро пересел налево. Сам инструктор влез на правое сидение, едва протиснувшись в дверь. Пузо его уперлось в лобовое стекло.
— Чего смотришь? Заводи давай! — приказал он.
Не успел я повернуть ключ в замке зажигания, как машина дала газу и рванула с места.
— Куда так резко попёр! — возмутился инструктор. — Эй! Бабку не сшиби!
Я едва успел крутнуть руль, чтобы объехать старушку с тележкой.
— Давай не так шустро, больно прыткий! Притормози.
— Да она сама, — я попытался нажать на тормоз, посмотрел вниз и понял, что забыл, которая это из пяти педалей. — Вот ёпрст.
— Тормози! — взревел Петр Леонидович, и я отчаянно нажал на первую попавшуюся.
Машина взревела и рванула вперёд с удвоенной скоростью.
Нас вдавило в сиденья, как при взлёте самолета, даже пузо инструктора отклеилось от лобового стекла.
Мы неслись сквозь дворы, я едва успевал рулить.