Охваченный чувством, что я уцепился за что-то важное, я пошел дальше. Насчитал я четырнадцать домов, три из них из камня, пять заложенных фундаментов, одно крупное здание, и еще десяток разрушенных, требующих или сноса и восстановления с нуля или просто демонтажа. Все увиденное здесь подтверждало еще одну мою гипотезу. Здесь, на этом самом месте, еще недавно была сильная, организованная группа людей. Они прожили тут два месяца, строились, развивались. И… нутром чую, она была здесь. Она могла ходить по этой самой земле, на которой я сейчас стоял.
Вместе с трепетом меня окатило настоящим азартом. Чувство сродни тому, как если бы я прикоснулся к чужой, скрытой от глаз цивилизации, словно это первый контакт с пришельцами. Их приход, кстати, с чисто маркетинговой точки зрения ужасен, они только напугали людей, могли бы и получше поработать над тем, чтобы как следует представиться.
Так что, повинуясь этому приятно пощипывающему чувству, я забурился вглубь поселения и досконально принялся его изучать. Сколько чудных открытий я смогу отыскать, даже представить страшно. Но, будучи человеком последовательным, решил для начала пройти это поселение по периметру, понять его границы, удостовериться, что нахождение здесь будет для меня безопасным.
Какие выводы я сделал. Для начала, поселение располагается на опушке, на плато. Джунгли, окружавшие ранее место дислокации одной части человечества, были вырублены, причем с запасом, метров на тридцать от крайних строений, а пни были выкорчеваны, ямы же закопаны. Предполагаю, что работали разложением, как у меня — стволы порой доходят до полутора метров в диаметре, едва ли силами людей такое можно выдернуть или выкопать мускульным усилием.
Частокол, что я приметил издалека, оказался недостроен. Начали его поднимать с дальней стороны от места моего входа в поселок, отгородившись от запада процентов на десять от намеченного плана. А план был и виден он невооруженным взглядом, по периметру были натыканы колышки, размечающие территорию.
Бревна, которые использовались для возведения стен укрепления, были из какой-то потемневшей лиственницы, но когда я обнаружил склад таковых, понял, что их пропитывали каким-то неизвестным мне составом масел или лака. Видать, беспокоились о дождях и сырости и решили перебдеть, остановив гниение древесины таким образом. Хороший ход, но это наталкивает на мысль, что те, кто жил здесь, готовились осесть тут надолго. Явно больше, чем на два месяца. Я, к примеру, неоднократно задумывался о том, чтобы построить стены, но каждый раз откладывал идею из-за ее, скажем так, бесполезности. Стена будет приносить пользу только ограниченное и очень малое время, уготованное нам на испытание. Эти же все-таки решились строить, за что им честь и хвала. Пусть и недостроили.