Все эти мысли проносятся, как вихрь, когда отзеркаливаю его шаг и движусь ему навстречу.
Он почти успевает перевести ствол на меня. Почти. Но мой сигнал в нервах мощнее.
Плюс, местное оружие не сенсорное, а контактное. Это первое, что я выяснил. Иначе говоря, местным мало замкнуть пальцем контакт на спуске. Им нужно надавить на курок мышечным усилием. А всё стрелковое оружие (по крайней мере, которое видел в интернете я) сделано под управление пальцами рук. Мышца, сжимающая палец, проигрывает бедренной в разы. Иначе говоря, пока его палец выбирает слабину ну курке, я уже делаю шаг влево-вперёд, сбивая ему прицел и подходя вплотную.
Ура. Успел. Вблизи его агрегат мне не страшен.
Перехватываю правой рукой ствол, но левой хлопнуть по магазину не успеваю: этот парень преподносит очень неприятный сюрприз. Он успевает сделать шаг назад и палец уже давит на курок.
В этот момент нас настигает истерический крик Олега с пола:
— СВОИИИИИ!!!
Парень резко поднимает ствол из «горизонта» к плечу, делает ещё шаг назад, и в этот момент в двери появляется его «близнец». Тоже одежда, закрывающая лицо, и такое же снаряжение.
Олег, вскарабкавшись между двумя лежащими телами на четвереньки, машет в таком положении руками и кричит:
— Свои! Отставить!
Лена выглядывает из кухни в одной моей майке и держит под глазом холодное сырое яйцо из холодильника.
Я помогаю Олегу подняться, и он, обретя твёрдость в ногах, начинает распоряжаться или докладывать, я так и не понял:
— Этот — свой, — тычок в меня пальцем. — Эти — те, которых Худой ждёт в ментуре. — Тычок пальцем в два тела на полу. — Но они-здесь.
Поворачивается ко мне и, тыча пальцем в «близнецов» со стволами, говорит:
— Физзащита!
Не знаю, что это, хотя по контексту почти ясно. Отмечаю, что на Лену все пялятся больше, чем стоило бы, если думаешь о безопасности или защите.
Самое интересное, подходя к Лене, физически ощущаю, что она совсем не взволнована.
Как интересно.
Все в стрессе.
Лена — спокойна, как кирпич. Расспрошу, когда всё отгремит…
Двое «близнецов» со стволами оказываются ещё не всей группой поддержки. Я вижу всего пятерых, но возможно, кто-то остался на улице: у них налажена тактическая радиосвязь между членами группы, и первые, проникшие к нам, дают отбой остальным. Вызвав ещё пару поддержки — увести первых двух.
Наконец, всё стихает. С нами остаётся единственный из поддержки (которую Олег называет физзащитой).
— Саня, извини, спасибо! Извини! — Олег всё ещё по инерции обнимает меня каждые двадцать пять секунд, пытаясь при этом что-то написать. Потом плюёт на это и говорит: