Кора послушала меня, посмотрела на Наяра и, быстро заскучав, улетела гонять мышей в оранжерею.
Как только мантикора удалилась, Ворон с неожиданной силой стиснул меня за плечи, придвигая к стене.
Породистое лицо на первый взгляд было невозмутимым, но ноздри хищного носа раздувались, и губы чуть кривились. До меня наконец дошло, что он в ярости.
— Ты не должна была поступать так, Катя. Ты должна слушаться меня, — тихо и отчетливо угрожающе проговорил он. Черные глаза стали еще чернее, почти матовыми.
Я немного струхнула, но все-таки подняла подбородок и нахмурилась.
— Наяр, что ты такое говоришь? Слушаться? Я тебе не принадлежу, и никому не принадлежу! Так что могу поступать как считаю нужным. Я же не ребенок, которому надо спрашивать разрешение! Отпусти! — Я задвигала плечами, раздраженно стараясь освободиться.
Дара сохранять невозмутимость у меня нет.
Мужчина несколько секунд молчал, вглядываясь мне в лицо. Рук не разжимал.
— Не дергайся, пожалуйста, Катя. Мне сейчас непросто сохранять самообладание. Если не прекратишь сопротивляться, даю слово, что немедленно успокою тебя своими методами, а затем унесу в безопасное место, откуда не улететь. Хочешь так? Сопротивляйся. — Мужской голос был угрожающе спокоен.
Наяр выглядел очень серьезным. Оперативно взвесив все «за» и «против», я предпочла перестать дергаться.
Так и быть. Пока что.
— Мудрое решение, — все так же тихо и с нажимом произнес Наяр. — Теперь слушай. Может, по-своему ты и права. Тебе не нужно разрешение, согласен. Но. Пойми, я за тебя отвечаю. Ты улетела без тренировки, без страховки, без предупреждения. Могла соскользнуть и разбиться, покалечиться или погибнуть. Если улететь далеко, есть шанс заблудиться. А еще можно попасть в плен к недружественному тебе роду. Там тебя могут убить, случайно или намеренно. Понимаешь? Я не из-за каприза прошу послушания. Не хочу, чтобы ты пострадала.
— Понимаю, — буркнула, осознавая свою неосторожность. Буркнула, потому что он был прав, а мне сейчас самой хотелось быть правой. — Прости, я не подумала. — Я избегала его взгляда, старательно разглядывая пол.
— И? — поднял брови, заставляя посмотреть на себя.
Я поняла, что он хочет услышать.
— И… я постараюсь предупреждать тебя, если что-то задумаю опасное или травматичное, — нехотя добавила. — Или советоваться. Мне правда не хочется подставлять тебя под удар. Но иногда я сначала делаю, а потом думаю, — честно сообщила об одной своей особенности. — А может, почти всегда. Я не хотела тебя огорчить… Ты меня простишь?
Ворон укоризненно качнул головой.