– Да–да, – задорно кивает Кристина. – Ладно, идем, что ли на улицу. Мне полезно гулять.
Невольно бросаю взгляд на еще совсем не округлившийся живот невесты, ведь вроде уже должно быть заметно, нет? А не может ли Кристина и тут всех обманывать?
– Что ты так пристально смотришь на мой живот? – выгибает бровь Кристина. – Я изящнее твоей бывшей супруги, по мне еще долго не будет видно, что я беременна. Да еще и мода современная буквально спасает, одни свободные вещи в гардеробе, это ли не здорово?
Мне, если честно, плевать на моду, но вот на кое-что другое не плевать:
– Почему ты не расскажешь Сергею? Он отец, он имеет право знать!
Горячности во мне сейчас хоть отбавляй. Не думал, что могу с таким рвением желать восстановить справедливость для малознакомого и малоприятного для меня человека. Но мужская солидарность, она такая.
– У вас вполне может получиться нормальная семья, – добавляю спустя небольшую паузу.
И рядом с Кирой больше не будет Сергея. Я ради этого предлагаю Кристине с ним помириться? Всерьез полагаю, что после того, как Кира останется одна, она воспылает ко мне симпатией на ровном месте?
Или я чувствую себя обязанным Сергею? Если бы не он, если бы не его мерзкий характер и желание лезть не в свое дело, я бы еще не скоро узнал о Соне, если бы вообще узнал. В лучшем случае мне бы повезло, и мы бы с Кирой и нашей дочкой встретились бы однажды на улице. Но признал бы я в Соне свою кровь?
Искренне сомневаюсь в этом. Не думаю, что кто–то сильно всматривается в чужих детей и выискивает в них схожие со своими черты лица. Ведь нашу с Кирой дочь при случайном знакомстве, я бы принял именно что за чужую девочку, не свою.
– Чего это ты меня сосватать решил? – хмурится Кристина. – Идем сюда, тут милый сквер и людей мало, что странно. Я так думаю, они просто не знают, что он здесь есть, проходят мимо, так как кроны деревьев прикрывают проход, отвлекают внимание на себя.
– Интересное наблюдение, возможно, ты права, – киваю рассеянно.
Мы присаживаемся на лавочку, я, как галантный джентльмен, предлагаю даме первой выбрать себе выпечку, потом, не глядя, беру оставшееся из пакета и отпиваю кофе из картонного стакана. Что–то такой раздрай в душе, я словно в тупике. И ведь пытаюсь поступить правильно, но не выходит.
– Так чего ты меня сватаешь? Надоела? – подозрительно прищуривается моя невеста.
– Нет, – качаю головой и кривлю душой, – ничуть.
На самом деле Кристина мне не то чтобы надоела, но мне вдруг захотелось нормальную семью. Ту самую, которую я когда–то давно утратил, а теперь вот пожелал вернуть обратно.