Отец нашел бы ответ и совет — хоть не воевал ни дня. Но до отца — тысячи миль дорог, чужих интриг и подлости.
Проклятый город! Проклятый город, где плебса в десятки раз больше, чем аристократии. О рабах уже и речь не идет.
В других странах всё почти так же. Почти. За исключением тех самых рабов. Здесь и бедняки, и «говорящий скот» ненавидели аристократию давно. Но никому и в самом жутком сне не приснилось бы, что они вдруг объединятся. Одни всегда презирали других, те платили им ненавистью.
Аврелиан Мидантийский совершил доныне невозможное. Объединил против себя всех. И Сантэя сошла с ума.
Где-то в городе ведут ночные патрули Анри и Красавчик Олаф — нет, уже снова капитан Олаф. Или опять совещаются на брошенном на кровавую землю плаще.Решают, как наводить в этом кошмаре порядок. Как в ту, первую ночь.
Резиденция Ордена теперь стала их основной крепостью. Местом, где можно оставить раненых. И спасенных женщин, детей, стариков.
И там же сейчас Крис и Элгэ с Эстой. Если опять не рванули на подвиги. Все занимаются своими квиринскими делами. Это Серж сидит возле раненого Кевина. Возле Джерри сидеть уже не нужно — он вне опасности.
Читать уже не выходит — слипаются глаза. Вдобавок, луну затянули непроглядные облака, а толку от свечи почти нет.
3
Пробуждение вышло неожиданным. Хотя бы потому, что Рунос если еще на что и надеялся, так только на приличное посмертие.
А оказывается — можно еще немного покоптить небо. Побыть для разнообразия обузой.
Над головой — бревенчатый потолок неизвестного дома. Избы. Словеон?
И сразу два встревоженно-радостных лица склонились над так и не умершим. Две пары ярко-черных глаз. Слева — ослепительное пламя, справа — сдержанное, в плену жгучего льда.
И две густых гривы — смоляные кудри и светлый хвост.
Нет, друзья, двое вас одновременно — это как-то слишком даже для Руноса. Не настолько он все-таки… Белый Жрец.
Они так вдвоем за ним и ухаживали? Вместе или по очереди? Сами, без слуг? Не только Октавиан, но и принцесса?
— Рун, мы уж боялись, — усмехнулся юный Мальзери.
«Мы».
— Где мы? — Раз уж всё равно — «мы». — Что еще успело случиться? Нас захватил Всеслав, я понимаю?
— Именно, — на сей раз стерлась даже усмешка. Зато резко очертились темные круги вокруг глаз. У Жанны — такие же. — Мы на пути в Словеон.
Возможно, это еще не худший вариант. Попасть в руки Карла или Гуго — еще паршивее.
Но с чего вдруг Всеслав решил скрыть пленников от высшей власти? Всеслав, что когда-то посадил на престол Карла, хотя с Грегори Ильдани был такой неплохой шанс. На психически нормального монарха. С некорыстным окружением.