Агэлар утверждал, что бабушка была демоном, а все мои воспоминания, связанные с ней — вымышленные. Но горевала я о ней, как о реальном и близком человеке. Ничего не могла с собой поделать.
Что это вообще за бред о стирании памяти? Мы как-то в универе изучали древнеримскую судебную систему. Там было наказание «проклятие памяти». Уничтожалось все, что так или иначе связано с преступником — статуи, упоминания в летописях и законах, надгробные и настенные надписи.
Но то преступники, а я чем провинилась? Агэлар утверждал, что я сделала это сама, добровольно. Он точно что-то перепутал. Надо быть абсолютно ненормальной, чтобы пойти на подобное. Если со мной такое в самом деле случилось, то это кто-то другой стер мою память и подменил реальные воспоминания вымышленными.
Я вылезала из повозки, прикидывая, можно ли сбежать, но громилы сохраняли бдительность. Один из них был тут как тут, стоило мне поставить ноги на мостовую. Смотрел на мой зад, обтянутый джинсами, и облизывался.
— Можно подумать, ты никогда девушку в брюках не видел, — сказала я и натянула свитер пониже, не желая дразнить громилу.
— Не видел, — честно признался он. — У нас женщины так не одеваются.
Я недоверчиво хмыкнула. Что же они носят в таком случае?
Обхватив себя за плечи, я пританцовывала на месте. Не месяц май, между прочим, а разгар зимы. Здесь, как и у нас, было холодно и снежно. Выбравшись из-под шкуры, я мигом задубела без куртки.
— Идем, — Агэлар кивнул на дверь постоялого двора. — Не хватало еще, чтобы ты заболела.
Ну надо же, не похититель, а просто душка.
Вслед за мужчиной я пересекла порог и сразу поняла, о чем говорил громила. В зале хватало посетителей, часть из них — женщины. Все они, как одна, носили платья с юбками в пол из плотной шерсти. Этакий фасон «средние века».
На этом фоне мои джинсы произвели фурор. Все в зале замерли и уставились на мою скромную персону. Женщины — с ужасом, мужчины — с интересом. За секунду я стала местной знаменитостью.
Немая сцена могла длиться долго, не прерви ее Агэлар:
— Нам нужны комнаты, — произнес он. — Быстро.
Все тут же пришли в движение. Вскоре мы уже поднимались по лестнице на второй этаж. Пока я шла, весь зал смотрел на мою пятую точку. Почему у меня ощущение, что будут проблемы?
— Спальня для дамы, — служанка, смерив меня презрительным взглядом, открыла передо мной дверь. Мой внешний вид выводил ее из себя. Казалось, еще немного — и она выкрикнет: «Профурсетка»! И это я еще смягчила.
За дверью была тесная комнатушка с кроватью, столом и стулом. Негусто. Надеюсь, хотя бы тараканов нет. Я их не переношу.