Крокодил напоминал холм длиной метров в тридцать, а высотой с трехэтажный дом. Его древняя чешуя походила на покрытые лишайником каменные наросты, между которыми сновала какая-то живность, которой не причиняла вреда выделяющаяся кислота. Желтоватые капли падали на землю, шипели и наполняли воздух едким дымком.
И все же странно, откуда дикая разница в объеме жизни двух зверобогов? У Монтозавра было шестьдесят миллионов, а у Собека почти в пятьсот раз больше. С ящером-то я встретился, будучи нубом из песочницы… Наверняка сила зверобогов рассчитывается динамически, в зависимости от противника, таким образом разработчики хотели обеспечить им выживаемость. Но Собека это не спасет, если он атакует первым.
— Мне придется подставиться, — сказал я парням, выходя навстречу зверобогу. — Держитесь сзади.
Внутренний манчкин напомнил, что, как бы ни обернулся бой, прокачанные уровни навыков никто не отберет. Рука сама потянулась за едой из требухи крысы-зомби. В то же время воины проорали боевые кличи, а Краулер обвесил меня щитами.
Бросив взгляд, я заметил, что великан Нге Н’куллин не движется. Надеюсь, он не будет помогать крокодилу и вмешиваться…
Собек не спешил, от его тяжелой поступи вздрагивала земля, чешуйчатое пузо скребло по земле, выворачивая камни.
Когда до меня осталось метров десять, зверобог ускорился, прыгнул, насколько позволяла ловкость, клацнул челюстями, но я отпрянул, ведь пасть у крокодила побольше, чем у Монтозавра, даже когда ящер в боевой форме. Собек просто перекусит меня пополам! И все же от удара лапой увернуться не удалось, и чудовищный коготь пробил меня насквозь вместе с Хладнокровием карателя . Впрочем, объем жизни сразу вырос почти в сто раз за счет умножения Правосудия Спящих и Гнева Нергала .
Всплыло уведомление о повышении четвертого ранга Устойчивости до 36-го уровня. Хорошие новости, сразу плюс три уровня просто за… А-а-а! От боли потемнело в глазах. Коготь твари пропорол не только все внутренние органы, но и ребра с позвоночником, и я замедлил время.
Рыча и постанывая от боли, работая руками, принялся снимать себя с когтя зависшей в воздухе лапы, оценил в Ясности медленно вытягивающуюся шею Собека и разинутую пасть — зверобог рассчитывал меня перехватить зубами. В змеиных глазах рептилии отражались силуэты парней. Краулер, вытянув руку, объятую пламенем, что-то кричал; Гирос, как герой вестерна, стрелял с двух рук, спуская крючки компактных арбалетов; Утес и Бомбовоз начали двигаться по дуге, чтобы вгрызться клинками в бок твари.