— … Ситуация с межэтнической ситуация в национальных республиках принимает совершенно неконтролируемый характер. Местные националистические силы не просто подняли голову, а уже в открытую диктуют органам власти что и как делать. В Прибалтике, Азербайджане, Украине о лояльности органов внутренних дел и советских органов власти приходится говорить с очень большой оговоркой. На многих постах уже сидят откровенные националисты, в открытую призывающие к отделению…
Варенников вновь скрипнул зубами. И здесь вопрос нужно было ставить жестче, «не смягчая углы». Окраины империи были уже фактически потеряны, и там де факто не действовали общесоюзные законы. Местные элиты столько десятилетий «гладили по головке», так упорно говорили о великой важности карликовых наций и сытно их кормили, что вырастили из них откровенных истовых врагов. Теперь они, сидя в своих столицах, поверили в свое превосходство, в свою избранность, и великую вину русских. Доигрались, называется.
— … Владимир Александрович, не слишком ли вы сгущаете краски? — Павлов недоверчиво покачал головой. Премьер-министр, похоже, совсем не владел информации о ситуации в национальных республиках, а может просто не хотел признавать очевидное. — Конечно, есть примеры заигрывания с национальным элементом, но чтобы ставить вопрос об открытом сепаратизме… Нет, не думаю.
— Действительно, вызывает некоторые сомнения, — поддержал его Болдин, руководитель Администрации Президента СССР. Он качал головой, не переставая монотонно протирать стекла своих очков. — На местах ведь не идиоты сидят, и прекрасно понимают, что у республик не будущего без Москвы. Это же ясно и ребенку. Мы, к примеру, все прекрасно знаем Леонида Марковича Кравчука — опытный политик, коммунист, отлично разбирающийся в политических и экономических реалиях. И поверить, что он готов отвернуться от Кремля…
Тихо хрустнуло, и руку Варенникова что-то кольнуло. Он опустил взгляд вниз и увидел впившийся в его ладонь острый кусочек фарфора — осколок ручки от чашки. На коже выступила алая капля и стала на глазах расти. Выходит, даже не заметил, как снова начал терять контроль.
Боль от раны чуть отрезвила, и злость, душившая его, на какое-то время отступила. Хотя успокоиться все равно не получалось. Ведь, он-то прекрасно знал, что через какие-то несколько месяцев все окончательно полетит в тартарары. Союз рухнет в одно мгновение, словно хрупкий карточный домик. Власть на местах в одно мгновение «перекрасится», и начнет обвинять Москву во всех своих бедах. Русские на национальных окраинах будут поставлены в такие условия, что станут бросать имущество и бежать со всех ног в сторону России. Приснопамятный Кравчук, новоявленный Президент Украины, с экранов телевизора внезапно станет хвалиться тем, что, еще будучи ребенком, помогал бандеровцам. С постным выражением лица будет рассказывать, как выдавал им позиции красноармейцев, как вступил в террористическую организацию «Сотня отважных юношей». И таких руководителей на окраинах империи было большинство. Они прекрасно чувствовали слабость власти и уже готовились урвать свой кусок, чего многие в Москве так до сих пор и не поняли. Поэтому Одинцову и было дико слушать эти разговоры.