— Добро пожаловать, граф! — радостно потер руки британец. — Ваш заказ выполнен безукоризненно. Извольте взглянуть на склад!
Пройдя под навес, придирчиво осмотрел подготовленный товар. Ровными рядами лежали десятки тяжелых тридцати- и двадцатипудовых якорей. Вдоль стены высились горы бочонков с коваными и медными гвоздями, аккуратно покоились механизмы для лесопилки, а главное — тускло блестели свежей смазкой дефицитные станки для плетения канатов и обточки корабельных блоков.
— Отличная работа, мистер Фокс, — одобрительно кивнул, похлопав по холодной стали самого тяжелого якоря. — Но давайте перейдем к цифрам.
Развернув конторскую книгу, купец начал зачитывать смету. Однако, прекрасно зная реальные лондонские расценки, спускать ему наценку не собирался.
— Тридцать пудов за двадцать пять фунтов? Бросьте, Ричард. На Корнхилл красная цена им двадцать три. А двадцатипудовые пойдут по восемнадцать, и ни пенсом больше.
Вздохнув, коммерсант был вынужден уступить. Подбив итоговую смету с учетом новых вводных, Фокс с легким сожалением озвучил финальную цифру — ровно две тысячи четыреста пятьдесят фунтов стерлингов.
Когда пришло время расчетов, вместо того чтобы отсчитывать хрустящие банкноты и звонкие монеты из саквояжа, сделал рожу кирпичом и извлек из кармана королевский вексель.
— Предлагаю вам сделку века, мистер Фокс, — произнес с ледяным спокойствием, наслаждаясь вытянувшимся лицом англичанина. — Эта бумага подписана самим Принцем Уэльским на колоссальную сумму в восемнадцать тысяч фунтов. Готов уступить вам этот венценосный долг с дисконтом в пятьдесят процентов. Ровно за девять тысяч фунтов. Таким образом, вы отдаете мне товар и доплачиваете разницу в шесть тысяч пятьсот пятьдесят фунтов. Идет?
Услышав этот расклад, англичанин нервно сглотнул, бросив испуганный взгляд на гербовую печать.
— Помилуйте, граф! — хрипло возразил он, промокая лоб платком. — Это же астрономическая сумма! Я всего лишь скромный провинциальный коммерсант, и мне крайне затруднительно раздобыть шесть с половиной тысяч фунтов свободного капитала. Тем более, ходят слухи, что Его Высочество… э-э-э… не всегда торопится оплачивать карточные долги.
— Вы мыслите категориями мелкого лавочника, Ричард, а должны мыслить как лорд, — снисходительно пояснил, опираясь руками на его стол. — Этот вексель — ваш персональный входной билет в высшее общество. Это связи при дворе, королевские патенты и прямые подряды для Королевского флота. За такую бумагу дельцы в Сити просто удавятся.
— Но у меня действительно нет таких средств в сейфе…