Профиль выглядит солидно — аккаунт зарегистрирован почти три года назад, что для даркнета серьёзный показатель надёжности.
Отправляю сообщение с конкретным запросом и спустя полчаса получаю ответ.
Исполнитель готов взяться за заказ.
Интерлюдия.
Офис строительной компании Ван Мин Тао.
Секретарша тихо входит в просторный кабинет начальника. Ван Мин Тао сидит за письменным столом, склонившись над стопкой финансовых документов.
— Господин Ван, — она уважительно складывает руки перед собой. — К вам пришли и просят неотложной встречи.
— Кто? — бизнесмен не поднимает взгляда.
— Ян Вэймин, — коротко отвечает секретарша.
Ван медленно отрывает глаза от бумаг и снимает очки.
Очень странно, что чиновник явился в офис без договорённости. Видимо, у него что-то срочное, раз партнёр по бизнесу решил прийти лично, да ещё и в рабочее время.
— Пускай проходит.
Секретарша почтительно кланяется и бесшумно скрывается за дверью.
Через мгновение дверь распахивается шире. В кабинет входит чиновник в тёмно-сером костюме тройке и размашистой походкой направляется к столу Вана.
Бизнесмен заметил в его лице напряжение и обеспокоенность.
— Снова неприятности? — бизнесмен кивает гостю на свободное кресло рядом.
Ян устало вздыхает.
— Ещё какие, — глухо выдавливает сквозь сжатые зубы. — Вы видели новости? Министра по энергоресурсам посадили в тюрьму на пожизненный срок, вместе с ним арестовали и приговорили главу национальной государственной компании по обработке камня «Юньфу». Двоих высокопоставленных чиновников в один день, одним ударом. Резонансно. Кажется, сгущаются тучи над определённой группировкой в руководстве.
— Да, видел. Правда пока не понимаю, как это касается нас с вами, — ровным тоном отвечает бизнесмен. — Раз уж на то пошло, давайте начистоту. Я не то что не занимаюсь коррупцией — я наоборот, постоянно вливаю собственные деньги в развитие завода. Ни одного юаня государственных средств не беру, только вношу свои личные. А честному человеку, как известно, разбой не страшен, — философски заключает Ван. — Чистая совесть — лучшая защита.
— Так вы же фактически продаёте цемент сам себе через схему взаимосвязанных компаний, — с лёгким сомнением в голосе возражает чиновник. — Это же очевидная оптимизация, серая зона. Формально легально, но…
— Я продаю себе по рыночной цене плюс один-два процента сверху. Я специально, переплачиваю, сознательно ушёл вниз от максимальной рентабельности. Так что меня никто и никогда не упрекнёт в каких-либо махинациях с ценообразованием. Я себе объёмы сбыта даю через собственную стройку, это правда. Но рыночную цену соблюдаю. Мы оба знаем, в каком положении я нахожусь. Я же не идиот, чтобы давать недругам основания и аргументы.