И поскольку он персонально отвечает за всю систему юстиции в стране, Лю лично отправлял министров и губернаторов на расстрел. За коррупцию. Десятки людей.
Его железная позиция проста и бескомпромиссна: человек может тридцать лет работать верой и правдой на благо партии и народа, а на тридцать первый год оступиться — взять взятку в особо крупных размерах. В этот момент виновного надлежит поймать.
Закон суров, но на то он и закон. Высшая мера социальной защиты — смертная казнь. Есть закон, а Лю Цзиньлун всего лишь его слуга.
И товарища Си Цзиньпина он в этом плане полностью устраивает. Как злая сторожевая собака, которая за кусок хлеба круглосуточно охраняет огромный склад с зерном.
Бизнесмен открывает конверт с ответом прокуратуры.
Он разворачивает бланк и начинает зачитывать вслух:
— «Уважаемый Ван Мин Тao, согласно официальному мнению прокуратуры города Пекина, дополнительно уведомляем, что взыскание задолженности государства в ваш адрес, возникшей с резидентным платежом, остаётся на ваше личное усмотрение и является вашим законным неотъемлемым правом в соответствии с конституционными правами гражданина КНР».
Видя хмурые лица собравшихся членов заседания, один из молодых членов берёт инициативу в свои руки и пытается загладить нарастающий конфликт.
— Товарищ Ван, прошу вас, поймите, никто здесь и слова не сказал, что вы безвозвратно потеряете свои вложения в завод. У нас изначально были вопросы только к тому, как именно вы справляетесь с должностными обязанностями. Извините за прямоту, но среди членов комиссии бытует устойчивое мнение, что вы не подходите для ответственной должности директора государственного предприятия.
— Без проблем, за должность я не держусь. Главное для меня — чтобы государство гарантированно вернуло мне все мои вложенные деньги. Не отдаст добровольно — вернёт принудительно, через суд. Закон на моей стороне. В случае, если у вас ко мне личная неприязнь, — Ван бросает красноречивый взгляд на министерского, — и вы хотели со мной разобраться самостоятельно, минуя закон, имейте в виду важную вещь. В споре секретарей ЦК по сельскому хозяйству, космической промышленности и всех остальных направлений против секретаря юстиции — особенно когда этот орган уже высказал своё мнение — мнение юстиции всё же весомее и сильнее.
Жирный намёк на одиозного Лю, к которому можно и достучаться. Да, не автоматически — но и не невозможно. Особенно если постараться.
— Вот и проверим! — пытается блефовать министерский, прекрасно понимая, что Ван прав.
— Только не забывайте, что тогда мы поднимем другой неприятный вопрос на государственном уровне, — предупреждает бизнесмен. — Почему высокопоставленные китайские чиновники систематически не соблюдают закон и не смогли прочитать письмо гражданина за отведённое законом время?