Держа в руках чашку с чаем, вьетнамка устраивается в том же кресле, где ранее сидела Ли Миньюэ.
— Этими деньгами со мной рассчитались люди, которые вхожи в центральный комитет. Благодарность за оказанную помощь. Они прямо сказали, что таким образом закрывают свой долг перед высшими силами и восстанавливают мировой баланс. Как-то так это звучало.
— Ага, медвежья услуга, — с иронией бросает До Тхи Чанг. — Они, конечно, заработали себе очки перед высшими силами, в которых так искренне верят, но давать нищему миллион долларов — идея так себе.
— Разве я нищий?
— Повторяю ещё раз: у тебя отсутствует необходимая инфраструктура, чтобы куда-то разумно их направить, — вздыхает она. — Если объяснить совсем простыми словами — тебе внезапно подарили семьсот коров лучшего качества. Знаешь, сколько стоит одна?
— Понятия не имею.
— В среднем две тысячи долларов за голову там, откуда мы организуем поставки мяса в Китай. И по местным меркам это считается средним по размеру стадом, которое обслуживает обычная семья — отец и трое взрослых сыновей. Это не считается чем-то запредельным или выдающимся, такие стандарты ведения хозяйства приняты в той местности.
— Мне сложно представить, как четверо мужчин могут управляться с таким количеством рогатого скота.
— Я тебе больше скажу, — продолжает До Тхи Чанг. — У тех, кто держит столько коров, всегда параллельно есть десять-двадцать тысяч баранов. Это закон использования территории — как в яблоневом саду всегда найдётся хотя бы одна груша. В розарии обязательно будет несколько кустов пионов. В отличие от коров, овец никто особо не считает. Они размножаются значительно быстрее крупного рогатого скота. Весной их было тысяча голов, к осени уже на семьсот больше. Не знаю, как ещё тебе доходчиво объяснить аналогию.
— Я сам деревенский, я тебе верю. Просто там, откуда я родом, ни коров в таком количестве, ни пионов не выращивают. Люди выживают совершенно иными способами, но общий смысл твоих слов я понимаю.
— Сейчас ситуация с деньгами выглядит так, будто у тебя пятикомнатный двухэтажный пентхаус в самом центре Пекина, а тебе кто-то внезапно подарил семьсот отборных, молочных, элитных коров. И ты абсолютно не представляешь, что с ними делать.
— Ну да, как-то действительно не мой профиль, — почесав за ухом признаёт студент.
— Вот именно. Ты, как типичный житель мегаполиса, начнёшь лихорадочно думать, во что конвертировать этих коров и что с ними делать. За это время рыночная стоимость скота начнёт теряться, потому что выживаемость животных без надлежащего ухода, еды и воды составляет всего от двух до пяти дней. Сейчас у тебя в роли стада коров выступает этот чемодан с деньгами. Вот только ему, в отличие от реального стада, разумного объяснения происхождения нет.