И он был не единственным. В тот момент весь макроблок Клуба Треугольника двигался в том же направлении, словно большой корабль, меняющий курс. Кроме одного человека — Атласа.
— Без меня. Я не хочу иметь с ним ничего общего…
Его голос погас, как лампа в пустом коридоре, но за словами осталась странная, колкая ремарка:
— Если вы собираетесь вмешиваться и ломать ему планы — будьте осторожны. Человек, оказавшийся в эпицентре стольких событий, не может быть нормальным.
А потом, тише, почти шёпотом:
— Самое страшное — не тот, кто умнее тебя. Самое страшное — тот, на кого логика не действует.
Стейн вспомнил эти слова и усмехнулся горько, с привкусом старого табака и времени.
«Постарел он…»
Когда-то Атлас был самым жёстким и хищным из всех — острым, как лезвие. А теперь — словно ветеран, осторожно обходящий поле боя. На миг в груди Стейна кольнуло чувство пустоты — как запах осеннего ветра в пустом парке, — но он тут же собрался.
«Даже без Атласа стратегия не рушится.»
Пять фондов — более чем достаточно.
— Мы уже перекрыли капитал, тянущийся к Stark.
После этого движения значительная часть денег, колебавшихся между Stark и «Gooble», почти наверняка склонилась к «Gooble». Теперь оставалось работать с излишками — с тем капиталом, что опоздал войти, промахнулся мимо правильного момента и теперь беспокойно метался, как муха у стекла.
И в это же время Сергей Платонов готовил свой ход.
ЭЗфкуещ Шттщмфешщт увеличивает долю в Утмшв… 8% — 9ю3%Э
Отчёт 13D/A, поданный Pareto, был откровенным до резкости. В нём говорилось о росте спроса на фоне конкуренции крупных ИИ-платформ и о том, что значение базовой инфраструктуры стремительно возрастает. Особенно подчёркивалось — Envid якобы единственный незаменимый поставщик GPU для такой инфраструктуры. Имя компании звучало в документе прямо, весомо, будто специально выделено жирной краской.
«Он хочет направить капитал туда.»
Но Сергей Платонов лгал.
Да, Envid оставалась лидером в мире GPU — но не единственным игроком. За спиной стояли AMDA и Intel, тихие тени крупных залов и лабораторий, где пахнет металлом, озоном и горячими микросхемами.
Ответ напрашивался сам.
«Легенда макрорынка Стейн: настоящие GPU-инновации придут не из Envid, а от AMDA…»
Он начал поворачивать поток в противоположную сторону.
— Перенаправить движение капитала.
Таков был его план — развернуть деньги назло каждому шагу, который делал Сергей Платонов. И в груди у Стейна звучала тихая, холодная уверенность:
«И я прекрасно знаю, куда он уже вложился…»
На том самом званом ужине идей, где в воздухе пахло дорогим вином, кожаными папками и лёгким озоном кондиционеров, Сергей Платонов раскрыл весь свой портфель по ИИ — будто бросил на зелёное сукно стола все карты сразу. Таков был негласный взнос за право сидеть среди людей из Клуба Треугольника: игра в покер, где нельзя ничего прятать в рукаве.