Пока не узнаю, куда он опять меня тащит, расслабляться не стоит.
Мы проезжаем через всю Александрию, на противоположную ее окраину. Тут, как ни странно, не трущобы, а вполне приличные дома за высоченными заборами с колючей проволокой наверху. И везде камеры видеонаблюдения.
Высаживаемся у поворота на тихую темную улочку и проходим до ее конца вниз, к воде. Там, через неприметную дверку в стене, ступеньками спускающуюся до самого берега и дальше.
— Ну и где мы? — не выдерживаю я, останавливаясь у проема.
— Совсем скоро узнаешь, — хмыкает Яр, заталкивая меня внутрь. — Да не бойся ты, говорю же, ничего тебе не угрожает. Все, теперь не задавай вопросов. Тут их не любят.
Ничего не угрожает в месте, где не любят вопросов? Ну-ну. Ничего, братишка, придется тебе расплачиваться за свою загадочность. Так что потерплю немного.
В просторном саду мощеная дорожка, слабо подсвеченная крохотными фонариками, приводит нас к дому. Я толком не успеваю рассмотреть само двухэтажное строение, только замечаю, что оно довольно большое.
На крыльце нас ждет женщина. Немолодая, но все еще красивая. Изящная фигура, идеальная кожа, высокая прическа и гордо выпрямленная спина. Смуглая, явно местная.
Она тепло улыбается Яру и с интересом разглядывает меня. Мне кажется, ей хочется, чтобы я покрутился. Очень цепкий и приценивающийся взгляд у нее. Но она лишь приветствует нас, жестом приглашая внутрь.
В доме тоже стоит полумрак и витает густой терпкий аромат благовоний. Хтонь, он меня опять притащил на какой-нибудь ритуал? Как бы ему намекнуть, что с меня хватит чужих сил?
— Прошу за мной, — женщина указывает на закрытую дверь в конце узкого коридора, я вопросительно смотрю на брата, но тот мне подмигивает, уходя в другую сторону.
От резкого света я на миг слепну, но как только зрение возвращается ко мне, не сдерживаю ругательство.
— Господин недоволен? — слышу я журчащий голос моей сопровождающей.
— Господин просто удивлен, — шокировано говорю я и прочищаю горло. — Приятно удивлен.
Передо мной шикарно обставленная гостиная. Все в темных, сочных тонах и золоте. Под высоким потолком сверкают сотнями хрусталиков люстры. Кругом низкие столики и диванчики.
А по центру комнаты выстроились в ряд девушки. Этот долбанутый привел меня в бордель! Высококлассный, ничего не скажешь. Но, мать его, бордель.
Глаза мои натурально разбегаются от разнообразия прекрасных и почти полностью обнаженных тел. Эти полупрозрачные тряпки, которыми они прикрыты, ничего не скрывают. Шестеро красавиц томно вздыхают, стреляя глазками.
— Можете выбрать двух, — тихо говорит мне на ушко мадам. — Ваш брат оплачивает.