Что именно он считает недоразумением, случай или самого виконта, я не знаю, но в самом начале разговора уже решил принять извинения. Враги умерли, аминь! Можно их простить.
— Я не держу зла лично на Вас, сеньор граф. — Тонкий намёк, что его жену я прощать не хочу. — Всё же, благородные всегда могут прийти к соглашению, если виновный готов признать свои ошибки.
Нет уж, я себя виновным не считаю, о чём прямо и говорю. Он извинился, я же не буду. Граф это понял и принял, раз с облегчением на лице, удовлетворённо кивнул.
Мы отпили по глотку из своих бокалов во время возникшей паузы в разговоре. Раньше, когда был моложе и неопытнее, мог подумать, что прозвучавшие извинения и были целью нашей встречи. Но я уже растерял свою наивность. Сильные любого мира извиняются, когда от тебя что-то хотят. Разговор не окончен, есть ещё что-то.
Граф сделал знак, и нам принесли холодные закуски. Пока расставляли, я рассматривал своего собеседника. То, что он бывший военный, было видно. Но то, что военным он был достаточно давно , было заметно не так явно.
Слегка оплывшее лицо, грузность тела, которое имеет свою инерцию при движении. Это, при наличии денег на целителей, говорит либо о систематическом злоупотреблении алкоголем, либо о тяжелом периоде жизни.
Или о том, что у Вас есть жена. Которая и является причиной и того, и другого.
— Раз уж мы выяснили, что никаких взаимных обид между нами не осталось, мне хотелось узнать у Вас, баронет, Ваше мнение по одному вопросу. — Слишком долгое вступление для того, кто только что продемонстрировал другой подход к делам. — Не могли бы Вы поделиться своими планами на будущее?
Какой прекрасный вопрос. Планы на будущее? Такой вопрос ожидаешь от матери, что в своё время требовала от меня пойти в институт. В крайнем случае, от отца, который спрашивал, какую профессию я уже выбрал. Но в этом мире живых родителей у меня нет.
В общем, интерес к моему будущему от совершенно постороннего человека непонятен. А всё непонятное как минимум напрягает.
— В ближайшее время планирую встретиться с императором, чтобы утвердить свои права на баронство. — Ответил нахально. Теперь мысли, что меня никто не планирует арестовывать за прошлый конфликт с принцем, обрели уверенность. Уж де Трайн точно в курсе, собирались ли меня арестовывать за убийство принца, или нет. — Думаете, с этим возникнут сложности? — Приподнял одну бровь.
— Нет, что Вы. — Граф устало улыбнулся, махнув рукой, в которой держал нож, отчего я непроизвольно дёрнулся, уходя с траектории возможного полёта оружия. Граф на мои дёрганья не обратил внимания, его свои мысли поглотили. — Никто не сомневается в том, что баронство Летоно Ваше по праву благородного происхождения.