То, что кто-то копался в памяти моей рабыни, мне откровенно не понравилось. Такие люди могли узнать мои тайны. Но теперь уже ничего не поделаешь.
— Без моего разрешения не позволяй копаться в своей голове. — Заявил ей твёрдо. — Никому.
— Так это они без разрешения. — Немного виновато поджала она плечами. — Проверяли, вдруг я не та, за кого себя выдаю. Это была обязательная проверка магами в самом начале. Сначала не хотели меня даже брать, но Белианд им приказал. Про тебя ничего не смогли узнать. Ты запретил мне рассказывать, и магия могла меня убить, если бы кто-то попробовал вытянуть эти воспоминания. Маг это как-то понял.
Мы с ней немного молча посидели, потом девушка начала проявлять какое-то беспокойство. Повернула ко мне голову, хитро извернувшись в моих руках.
— Тебе неудобно? — Спросил я.
— Дар, ты же меня не продашь? — В голосе было реальное опасение.
— Нет. Даже не собирался. — Ответил твёрдо.
— Ты очень изменился за это время. — Сомнения в её голосе, и взгляде, которым она искала мои глаза, не исчезли. — Не выгоняй меня, очень прошу. Я буду делать всё, что ты захочешь. Буду ухаживать за тобой, буду защищать. Буду слушаться тебя и твоих женщин, вот увидишь. Я хочу воспитывать и защищать твоих детей, своих у меня всё равно не будет.
— Пока нет у меня никаких женщин, кроме тебя. — Успокоил я девушку, поворачивая её лицо ко мне. — Не знаю, как долго, но ты сейчас точно единственная. — Видя, как на её лице появляется несмелая улыбка, коротко поцеловал. — Я никогда тебя не предам. Верность всегда награждается.
— Я всегда буду верной. — Быстро закивала она, а я разглядел в глазах девушки слёзы. — Скорее умру, чем предам тебя, мой хозяин. — Это её «мой хозяин» пылало такой нежностью, что я перестал сдерживаться.
Набросились мы друг на друга одновременно. Сначала меня повалили на кровать и оседлали, но потом я всё же показал, кто тут мужчина, и одержал вверх в этой любовной битве. Мы жадно любили друг друга, больше не сказав друг другу ни слова.
Когда вымотанный я откинулся на подушку, даже удивился, что уже поздний вечер. Долго же мы болтали. Сенила ничуть не устала, была живой и улыбчивой. Нежно водила рукой по моему потному телу, выписывая какие-то узоры. Хотелось есть, но не хотелось подниматься и куда-то идти.
— Ты скоро станешь фаворитом принцессы. — Вдруг хриплым голосом сказала Сенила. — Забудешь меня. — В её голосе была натуральная тоска.
— Что за глупые мысли? — Поразился я такой резкой смене настроения.
— Маги сказали, что мне около двадцати пяти лет, может, чуть больше. Ублажательницы не бывают старше тридцати, это все знают. Ты будешь жить во дворце, а я… А я скоро умру.