Нет, Южную улицу он знал, однако она была достаточно длинной, проходила через несколько районов и городков. И где находилось строение 10701 — одному Богу было известно. Я решил не начинать поиски с конца улицы, а просто съехать с фривея недалеко от места боев, доехать до Южной и на месте сориентироваться, в какую сторону мне следует двигаться дальше.
Так что я свернул с шоссе и углубился в классическую одноэтажную застройку Лос-Анджелеса наугад. Двигаться решил по своему внутреннему навигатору и, естественно, заехал в тупик.
Улица была перегорожена аварийными лентами, в асфальте виднелся провал, в котором копошились люди в светоотражающих жилетах.
Я примерно понимал, в каком направлении двигаться, поэтому свернул в совсем уж узкий переулок, решив проложить по нему параллельный маршрут в обход тупика. Выезжая из переулка на пересечение с узкой улочкой, я мельком глянул по сторонам, но сквозь мутный пакет на месте водительского стекла обзор все же был так себе.
Это я понял по удару, который почувствовал, как только морда машины высунулась на перекресток. Не сильному, но неприятному.
Я открыл дверь и сперва обомлел, потому что в переднее левое крыло мне въехал роскошный «Кадиллак Эльдорадо» семидесятых годов. Огромный, с хромированными бамперами и без крыши.
Что в аварии виноват я — к гадалке не ходи, это же я высунул капот на дорогу с прилегающей территории. Однако чем больше я всматривался в автомобиль, тем быстрее уменьшалась в голове сумма, на которую я попал. Потому что «Кадиллак», хоть и был в свое время люксовым автомобилем, сейчас находился в состоянии «лохмотья» и, в целом, мог уверенно соперничать за этот титул с моей машиной.
Кузов был покрыт множеством плохо выправленных вмятин, пороги и нижняя часть дверей отсутствовали как явление, как будто их сожрали бобры. Все хромированные элементы были покрыты колоссальным количеством ржавых пятен, на лобовом стекле змеилось множество трещин, левая фара была разбита, даже несмотря на то, что ударился он в меня правой стороной. Правое зеркало отсутствовало, а посреди капота виднелась глубокая вмятина, как будто на нем то ли человека сбили, то ли хорошенько попрыгали сверху.
Вишенкой на торте была покраска в ярко-алый цвет, от которого резало глаза, причем покраска прямо из баллончика поверх ржавчины. На некоторых хромированных деталях, а в одном месте даже на покрышке, виднелись красные пятна — машину красили прямо как есть, ни то что не разбирая, а даже не заклеивая хром скотчем.
При этом из машины раздавалась достаточно громкая музыка — странно, что я ее не услышал, когда выезжал из проулка. То ли за звуком мотора и хрустом передачи не расслышал, то ли просто задумался и не обратил внимания. Какой-то черный рэп.