Мда, ситуация. Я задумался, и задумался крепко. В процессе размышлений повернулся и оценил ущерб от аварии: у моей машины было слегка замято крыло, у их — выступающий на углу «клык» хромированного бампера. Даже фары у обеих тачек целы. Просто ржавчину стряхнули. Ну еще бы — скорость у обеих машин была меньше десяти километров в час.
В итоге я пришел к выводу, что не хочу ни портить жизнь двум идиотам, ни разбираться с последствиями аварии. Но просто сделать вид, что ничего не произошло, нельзя — следующий коп уже не будет к ним так милосерден. Поэтому я потряс в воздухе Глоком и сказал:
— А вы понимаете, придурки, что если я сейчас оформлю вас, пробью этот пистолет по базе, а на нем гора трупов, то вы оба отправитесь в тюрьму на пожизненное? Это если высшую меру не одобрят из-за молодого возраста.
«Рэперы» побледнели еще сильнее, их глаза полезли на лоб. Кажется, они об этом вообще не задумывались.
— Но мы… мы же ничего не сделали… — пробубнил себе под нос пассажир.
— Господин полицейский, клянусь, мы даже не стреляли из него ни разу — в нем с самого начала патронов не было! Не надо пожизненное! Мы больше так не будем! — вдруг закричал водитель, и мне показалось, что он сейчас расплачется. — Пощадите!
Я убрал Глок в карман и потер лицо рукой.
— Значит так, малолетние придурки. Чтобы завтра же поснимали с себя эту хрень, оделись и постриглись как нормальные люди, и нашли работу! Если еще раз встречу вас в таком виде, или просто шатающихся по району без дела — оформлю по полной, и еще пару своих висяков в придачу добавлю. Вам ясно?
— Да, господин полицейский! — удивительно синхронно ответили придурки.
— А теперь забрали свое корыто, — я кивнул в сторону «Кадиллака», — и свалили на хрен с моих глаз. И забыли о том, что мы когда-то виделись. Но не забыли о том, что я сказал. Потому что я вас запомнил.
Я по очереди пристально посмотрел в их испуганные глаза для закрепления эффекта.
— Ну, чего застыли? Быстро, вашу мать! — я хлопнул в ладоши, и парни, как по команде, запрыгнули в «Кадиллак», резко сдали назад, развернулись и умчались обратно по улице, по которой приехали.
Я подумал, достал Глок из кармана и затолкал его поглубже под водительское сиденье. Потом придумаю, что с ним делать. В конце концов, прежде чем от него избавиться, надо хорошенько стереть собственные отпечатки и потожировые следы.
Посмотрел на машину — ну, в принципе, эта вмятина как тут и была, экстерьер моему «Шеветту» она точно не испортила.
На всякий случай включил фары — нет, левая как не горела, так и не горит. А я надеялся, что от удара одумается.