— А кто он такой-то? — мы же его только по прозвищу знали. — Имя установили?
— Да, — сказал Касселс. — Элвис Роббинс. Бывший пилот NASCAR. Его дисквалифицировали в восемьдесят первом из-за махинаций по ставкам.
Элвин Роббинс, значит. Вот как его зовут. А ведь никто толком про него ничего сказать не мог — белый мужик за сорок, серая кепка с логотипом.
— А тот бедняга из транспортной полиции как? — спросил я, подразумевая Ричардса.
— Операция прошла нормально, — сказал Касселс. — Восстанавливаться будет долго, но жить будет.
Я кивнул. Это было хорошо.
Скоро мы въехали в Лос-Анджелес, а потом отправились к уже знакомому мне спортивному бару «Пять долларов». Внутри было накурено и шумно, все столики заняты, так что нам пришлось разместиться у стойки. И это хорошо — над ней висел телевизор, уже переключенный на НВО — там шли какие-то подводки к бою. Про статистику говорили.
— Что будешь? — спросил Касселс. — Я угощаю. Ты-то все поставил. Пива?
— Нет, — я покачал головой. — Возьми мне газированной воды. И сэндвичей каких-нибудь, я не ел почти двое суток.
Он поднял бровь.
— Викодин, — объяснил я. — Нельзя смешивать.
Барменша, молодая кудрявая девушка, смерила меня взглядом — похоже, что не так часто ей приходится видеть посетителей в таком состоянии — и сказала:
— Да, парень. Похоже, ты большой фанат Тайсона, раз пришел смотреть. Выглядишь как отбивная, если честно. Интересно, кто победит?
— Я и так знаю, — ответил я. — Тайсон, нокаутом в первом раунде.
— Ты уверен? — она хмыкнула. — Последние несколько боев Уильямс провел очень хорошо.
— Уверен, — кивнул я.
Она явно хотела поговорить еще, но подошли другие клиенты, так что она поставила перед нами заказ и отошла. Мне — стакан газировки со льдом и пару маленьких сэндвичей на тарелке, Касселсу — какое-то светлое пиво.
Я запустил руку в карман, достал таблетку и запил водой. Скоро должно стать еще лучше.
Народ все прибывал. К девяти бар был забит — бой Тайсона был настоящим событием. Переключили все телевизоры, и везде показывали одно и то же.
Я сидел и смотрел на экран, где шли подводки. Показывали Тайсона на тренировке, потом Уильямса. Здоровенный негр с очень длинными руками, и комментаторы говорили о нем с явным уважением. О том, что он не просто мешок для битья, что у него есть все шансы.
Касселс рядом пил пиво и слушал. Он бокс явно не очень любил, но раз уж поставил, то решил смотреть.
— Они верят, что Уильямс может выиграть, — вдруг сказал он. — Слышишь?
— Пусть верят, — ответил я.
— И тебе не страшно? Ты же потеряешь много денег. Больше той штуки, которую мы просрали на гонках.