— Проклятый предатель! Клотц, ты сдохнешь, не дожив до суда! — завопил один из магов, длиннобородый и седовласый старик.
— Слишком долго я потакал вам прикрывая вашу глупость! — вскричал тот, кого называли Ктотцем и я узнал в нём того, кто приходил ко мне минутой ранее.
Из помещения вела всего одна дверь, окованная золотым металлом, высокая словно не для человека, а для великана, у неё находилось двое мушкетёров в руках у которых угадывались барабанные пистоли, только крупнее, словно это были барабанные мушкеты.
И первым моим действием был «свет» коим я ударил в парней с оружием, они уже вскинули свои ружья в мою сторону, но по своему благоразумию не стали стрелять в пустоту, а сели на корточки пытаясь протереть глаза рукавами мундиров.
Сразу же в мою грудь прилетела ледяная игла, но рассыпалась не причинив никакого урона, а ведь я не успел даже применить стойкость храма.
— Ты сделал его иммунным⁈ Мразь! — выкрикнул кто-то и ударил ледяным штормом по Клотцу, но маг выдохнул, присев, сжавшись калачиком, накрыв себя даже не щитом, а всеми защитными сферам и заклинаниями, которые знал.
Я не слышал смеха, но видел сквозь прозрачные барьеры, как он смеялся, пока я догонял пытающихся убежать, убивал пытающихся атаковать, добивал пытающихся сдаться, не тронув лишь мушкетёров, в очередном пробегании мимо, я просто выхватил у них винтовки отложив ружья ближе к шару.
Золотая комната меньше чем за пол минуты, с пола до потолка окрасилась красным, в воздухе чувствовались остатки заклинаний разных стихий, а мушкетёры придя в себя сели на колени и выдернув из-за пазух белые платки, вздёрнули их кверху.
— Ктотц значит? — проговорил я медленно, стараясь не поскользнутся на внутренностях.
— Райс ты прекрасен в своём гневе, а теперь, ты будешь служить и подчиняться только мне! — заговорил оставшийся в живых маг, выпрямляясь во весь рост, его щиты и сферы спадали, а сам он взирал на меня свысока своего постамента, на который вела небольшая лесенка из трёх ступеней.
— Чё это? — спросил я его, приставляя свой меч к его горлу.
— Как? — удивился он, наблюдая артефакт у своей шеи.
— А ты думал, что только в Светлом мире умеют колдовать и разбирать магию? — спросил я его и, лезвие легонько коснулось тонкой бледной кожи худощавого, гладковыбритого старика с густыми широкими голубыми бровями. Голубые глубоко посаженные глаза взирали на меня с ужасом, а тонкие губы раскрылись обнажая ровные золотые зубы.
— Стой, не надо меня убивать! — нашёлся, что сказать маг.
— Почему? — искренне удивился я, попутно посматривая на сдавшихся мушкетёров, чтобы те не натворили глупостей.