Татьяна с Викторией скандалили, последняя требовала что-то там купить, ей, мол, срочно надо, а мать отнекивалась, упирая на отсутствие денег. Вирт некоторое время с недоумением смотрел на это, удивляясь, что жил с этими двумя совершенно чуждыми ему женщинами. Особое отвращение вызывала бывшая жена — убогое ничтожество, причем сделала она себя таковой сама, прежде, в бытность Талиэль, она была совсем другой. Потому Путник в нее и влюбился, что девушка была вся устремлена к небу, не воспринимая окружающую реальность. Но все это оказалось искусственным, на самом деле она хотела одного — денег. Иначе не превратилась бы в Татьяну, от одного вида которой его тошнило.
— Мама, да пойми, мне нужна машина! — нервно взвизгнула Вита. — Есть хорошая работа с отличной зарплатой, но за городом, туда без машины не наездишься!
— Заработай и купи! — отрезала Татьяна. — Я…
Ее прервал низкий гул, стена напротив засветилась каким-то призрачным светом, и из нее вышел одетый в свободные шорты и рубашку с короткими рукавами высокий широкоплечий мужчина с длинными русыми волосами, стянутыми в небрежный хвост на затылке. Он был красив какой-то неземной, но чисто мужской красотой. Сухощавый, на открытых частях тела виднелись квадратики тренированных мышц. Вита даже вздрогнула — она никогда не видела настолько тренированных парней, да и двигался он, как сытый, довольный жизнью кот. Вот только его лицо было знакомым, девушка вспомнила юношеские фотографии отца из семейного альбома, и даже задохнулась от неожиданности. Это он, что ли? Да нет, он старый уже был, наверное, какой-то родственник. Отец ведь бесследно исчез, а мать так и не сказал, куда он подевался — только плакала в ответ на вопросы.
— Здравствуй, Татьяна, — негромко произнес гость.
— Пришел… — хрипло, с трудом выдавила та. — И?..
— Надо же, не орешь, неужели что-то поняла?
— Да вижу я, что мы тебе не нужны, не слепая… Ты снова молод и… Вон что можешь…
«Все же отец! — мысленно ахнула Вита. — Но… Но как⁈ Снова молодой⁈ Разве такое бывает⁈»
— Все верно, — криво усмехнулся Вирт. — Татьяна вызывает у меня только брезгливость. Талиэль я любил, ее бы забрал с собой, но ты убила ее в себе, превратившись в ничтожество, в цивилку. А эта вот, — кивнул он в сторону девушки, — ко мне вообще никакого отношения не имеет. Генетический анализ, причем не на земном уровне, не лжет. Это не моя дочь! Не знаю от кого ты ее нагуляла, но меня обманула и сказала, что моя. Я сдуру поверил. Удивлялся только, что настолько на меня не похожа, да и взгляды отвратительные имеет. А пришел я с одной целью — оставить вам золото. Я улетаю с Земли навсегда, меня ждут тысячи миров и вселенных. И все чудеса мироздания! Тебе чудеса не нужны, тебе бы поудобнее устроиться. Одного не могу понять. Зачем было притворяться мечтательницей, рвущейся в небо, если ты конченая цивилка?