Иар Эльтеррус
Бенефис дурака
Цикл «Дурак»
Книга первая
От автора
Меры веса, длины и времени в романе даны в привычных для русскоязычного читателя единицах.
Новые термины объяснены либо в самом тексте, либо в сносках. Новые идиоматические обороты приближены к русским и, надеюсь, не вызовут у читателя затруднений.
Все совпадения с реально существующими людьми или событиями случайны, роман с начала и до конца является авторским вымыслом.
Предупреждение: автор не разделяет многие взгляды своего героя, тот таков, как есть, поскольку является убежденным одиночкой, не желающим иметь ни с кем дела. И после случившегося с ним на Земле никому и ни в чем не верит.
Ты с ним знаком, я знаком, ну а кто не знаком?
Он тридцать лет и три года служил дураком,
Имел гуся, порося да перину с женой,
И два рога, как у лося, возвращаясь домой.
Ты с ним знаком, я знаком, ну а кто не знаком?
Он тридцать лет и три года прожил дураком. Ну, а потом?
Суп с котом! Как ошпаренный бес,
Он подпалил ночью дом и отправился в лес.
Ты с ней знаком, я знаком, ну а кто не знаком?
Разинув пасть, как дракон, жена пустилась вдогон,
Приготовив загон и вырвав кол у плетня,
Да заблудилась и в чаще блудилась три дня.
Она ползла словно уж, она кралась точно рысь,
Ах как ей нужен был муж — перегрызть ему жизнь.
И поутру, когда мрак опустился в овраг,
Чуть не рехнулась, увидя, что сделал дурак.
На поляне среди тех поганых болот,
Словно лебедь стоял, клюв задрав на восход,
Белоснежный корабль, подняв якоря,
А на крыльях его занималась заря!
От страха пятясь как рак, кричала баба крестясь:
«Куда ты, мать твою так, дурак, меня не спросясь⁈»
И он сказал ей: «Туда, куда не знаю и сам!»,
И свой летучий корабль поднял к небесам!
Отрывок песни «Рок-н-Ролл надувает наши паруса» группы «13-е созвездие»
Перекресток открыл слепые глаза и в который раз позвал одного из своих детей, чье присутствие перестало ощущаться довольно давно. И куда тот подевался не знал никто из его братьев и сестер. Просто исчез. Его искали, долго и тщательно искали в самых дальних уголках мироздания. Его звали, но он почему-то не откликался. Словно не слышал. Но такого не могло быть просто потому, что не могло быть никогда! Ни один из Путников не мог ни погибнуть, поскольку был абсолютно бессмертен, пока связан с Перекрестком, ни замолчать. Однако один из них исчез и замолчал. Как и почему? Это осталось неизвестным.
Годы шли один за другим, складывались в десятилетия и столетия, и неизвестность давила все сильнее и сильнее. Ведь если кто-то смог пленить Путника Перекрестка, то этот кто-то крайне опасен. Непонятно только кому мог помешать не вмешивающийся ни во что сторонний наблюдатель, всего лишь идущий мимо по своим делам. Видимо кому-то все же помешал. Кому-то очень сильному и бесконечно подлому — ведь лишить свободы Путника означало погубить его. Он мог в итоге переродиться в нечто страшное, а этого допускать было нельзя. В очень далекие времена такое случалось, и Перекрестку с болью и слезами пришлось отсекать от себя свое дитя, лишая его возможности идти через миры и вселенные, обрекая тем самым на деградацию и, в итоге, на страшную, мучительную смерть. Повторения этого никто не хотел, слишком больно было тогда, слишком горько и обидно.