Я, в детстве, начитавшись книг,
Хотел похожим быть на них —
На тех, кого теперь в презренье извалял.
Мечтал зажечь, как и они,
Добра и разума огни
По всей земле… А кто теперь мой идеал?
А идеал теперь — хорёк,
Из «Форбса» жирный королёк.
А вон — домишка, где работал Королёв!
И нам теперь уж не понять,
Как великан мог проживать
В таком коттеджике размером с коробок.
Титаном был не только он,
Титанов целый легион
Жил в той стране. Нам никогда их не догнать.
Они любили этот мир,
Мы любим только личный жир
И на весь прочий мир нам глубоко плевать.
Был в их сердцах весёлый зуд,
Владел и правил миром труд.
А мы хотим владыкой мира сделать блуд.
И, наконец, у них был Май!
Вокруг него собачий лай
Теперь стоит, и мы на этом ловим хайп.
Да, уж кто-то, а они точно заслуживают помощи. И должны знать правду о том, что сотворили с их страной жадные сволочи. А уж как они этой правдой распорядятся — их дело. Но о Сталине тоже следует подумать, возможно, его спасение будет полезным. А уж местному демиургу оно станет, как раскаленный кол в известное место.
— Ну что, Кай, я уже не настолько беззащитен, как раньше? — со смешком спросил Вирт.
— Не настолько, но все равно еще очень и очень слаб, — хмыкнул тот. — Но теперь можно и попутешествовать. Решил куда отправишься?
— В прошлое, — ответил Путник. — В 27 марта 1968 года.
— Гагарин? — сразу понял кайсат.
— Он самый. А потом Королев. После них, возможно, Сталин. Я еще не решил по его поводу. Слишком уж противоречивая фигура.
— А кто тебе мешает слетать в его время и считать память? — поинтересовался Кай. — Тогда точно будешь знать, что к чему. И чего он заслуживает, а чего нет.
— Блин, совершенно забыл, что это я тоже могу! — хлопнул себя ладонью по лбу Вирт. — Не привык еще к своим возможностям.
— Привыкай, — проворчал кайсат. — Отправляемся?
— Вперед!
Мгновение дурноты, пространство вокруг корабля словно смазалось, пошло разноцветными волнами. И все закончилось. Вокруг практически ничего не изменилось, разве что ближайшие астероиды стали немного другими.
— Прибыли! — торжественно заявил Кай. — Четыре утра по московскому времени двадцать седьмого марта одна тысяча девятьсот шестьдесят восьмого года. До гибели Гагарина около шести часов. Успеем.
— Давай к Земле! — распорядился Вирт. — Только так, чтобы люди нас не видели.
— Обижаешь! — фыркнул кайсат.
Пояс астероидов резко уменьшился и вскоре исчез из виду. Прошло буквально несколько минут, и вдали появился голубой шарик Земли. Выйдя на орбиту, Кай принялся сканировать планету, отыскивая деревню Новоселово. Обнаружить ее удалось не сразу, только после того, как нашли городок Киржач — небольшой райцентр Владимирской области. Призрачный корабль занял позицию над нужным местом на десятикилометровой высоте, оставаясь невидимым. Он все так же оставался в форме клингонской «Хищной птицы», она оказалась довольно удобной.